Вот и сейчас мальчик прилип щекой к нагретому солнцем забору. В какой-то момент вдалеке показался столб пыли, который постепенно становился всё больше и больше, постепенно приближаясь к дому. Вскоре в облаке пыли можно было увидеть всадника, чуть пригнувшегося к гриве коня. Отец мальчика часто отказывался от недавно появившейся машины и ездил верхом, не имея сил отказаться от любимого занятия. Мохаммед ещё издалека узнал в наезднике своего отца и радостно крича, побежал открывать ворота.
Вся одежда Джамиля была покрыта слоем пыли, а лицо как маской прикрыто платком, давая возможность дышать, не глотая всю пыль, летящую в лицо всаднику.
Увидев сына, Джамиль по привычке схватил его на руки и поцеловал в пухлую тёплую щёчку. Не отвечая на расспросы Мохаммеда о подарках для него, отец, быстрыми твёрдыми шагами, прошёл в дом, на женскую половину. Найдя комнату, где мирно шили жена и мать, Джамиль, вручив сыну яркую безделушку, выпроводил его за порог, поручив заботам няни.
Женщины, увидев Джамиля, вернувшегося раньше, чем ожидалось, с радостными возгласами кинулись к нему на встречу. Мать первой обратила внимание на встревоженный и обеспокоенный вид сына.
- Что-нибудь случилось, сынок? - спросила мать после первых объятий.
- Нет. Нет, ничего не случилось. - Джамиль запустил пятерню в свои густые волнистые волосы, собираясь с мыслями. - Случилось самое страшное. Нам всем угрожает опасность.
- Садись, сынок, успокойся. А Гульзар нальёт тебе чая.
Невестка кинулась выполнять указания свекрови, пока мать и сын усаживались на мягких подушках раскиданных вокруг маленького столика.
- Я был в Тегеране, - начал рассказывать Джамиль, смочив горло принесённым женой ароматным горячим чаем. - Сейчас обстановка там, как и во всей стране, очень наколённая. Страна раскалывается, люди боятся и не знают как себя вести. Любого могут признать предателем, шпионом или бунтовщиком и заточить в тюрьму, либо расстрелять. Все, в ком течёт кровь шахов в опасности. Будет чудо, если нам в этой передряге удастся выйти сухими из воды.
- Сегодня последний шах отказался от трона, - продолжал Джамиль. Женщины вскрикнули. Гульзар прижала руки к груди, как бы пытаясь защититься. - Это событие было просчитано до мелочей. Тщательно выверенная работа многих лет. Это историческое событие, один род перестал править, а другой только вступает на дорогу шахов. Нашему роду никогда уже не жить как прежде. Теперь вопрос заключается лишь в том, удастся ли нам спасти свои жизни.
- Аллах защитит нас, - воскликнула Гульзар, взяв руку мужа своей похолодевшей рукой.
- Наша семья распоряжается большими деньгами, - продолжил Джамиль после короткой паузы. Всё что он говорил сейчас, он успел обдумать, пока мчался от Тегерана домой. - Я решил, пусть эти деньги послужат нам, чем кому-то другому. Мы должны уехать из страны, может на время, а может навсегда. Причём лучше немедленно. Крайний срок завтра. Потом может быть поздно.
После этих слов в комнате воцарилось молчание. Гульзар всхлипнула и уткнулась в грудь мужа.
- А как же наш бедный малыш? - вопрошала она. Муж ничего ей не ответил, просто успокаивающим жестом поглаживая спину жены.
- Ты всё правильно говоришь, сын мой, - устало вздохнув, сказала мать Джамиля, нежно глядя на сына своими добрыми глазами. - Ты уезжай, а я останусь. Здесь мой дом, моя родина, и здесь я хочу прожить свои последние дни. Здесь похоронены мои родители, муж. И я найду покой не в чужой стране, а рядом с близкими людьми. Мне уже не страшно. Зачем им нужна старушка? Меня не тронут. А ты всё правильно сказал. Вам нужно немедленно уезжать. Я помогу собрать все самое необходимое.
- Это не обсуждается, - взревел Джамиль, сведя брови у переносицы. - Как я решил, так и будет. Мать, ты едешь с нами. Я не оставлю тебя на растерзание. Собирайтесь. Завтра выезжаем.
С этими словами Джамиль вскочил и резко развернувшись, вышел из комнаты. Он шёл через внутренний дворик, когда на глаза ему наконец-то попался тот, кого он искал.
- Хасан, - окликнул он чуть сутуловатого мужчину лет 40. Тот, увидев хозяина, поклонился, приложив руку к груди. - Иди за мной. Мне нужно с тобой поговорить.
Джамиль развернулся и повернул к дому, уверенный, что Хасан последует за ним. Мужчина пошёл в свой кабинет. Он не стал садиться в мягкое широкое кресло за рабочим столом, а встал перед ним, скрестив руки на груди. Сам того не замечая Джамиль стал грызть нижнюю губу, как всегда это делал в детстве, когда был чем-то взволнован.
- Закрой дверь плотнее, - скомандовал он, когда Хасан вошёл вслед за ним. Джамиль старался говорить как можно лаконичнее. - У меня нет времени долго тебе что-то объяснять. Знаю, что могу тебе полностью доверять, а таких людей сейчас найдётся немного.