“Да, удачно мы зашли”,- подумала я.
На причале меня встречал мужчина лет 40 с бритой наголо головой. Не смотря на форму, было видно, что он человек сугубо гражданский.
— Добрый день, Ядвига. Я человек не военный, поэтому обращаешься ко мне Дмитрий Владимирович. Сейчас едем в управление, тебе надо получить, амуницию. Потом выезжаем в Москву, переночуем у меня, квартира большая, с дочкой познакомлю, она твоя ровесница. Потом выезжаем в Тоцкие лагеря, там польские части начали формировать. Материалы посмотришь в поезде. Ну поехали? — говорит он.
Я киваю и мы идём к эмке. В Управление, получаю шинель, несколько чулок, различной плотности, полевую сумку, продуктовое и денежное довольствие. Последнее очень приличная пачка денег.
Также получаю инструкции от начальства. Майор НКВД, объясняет, что мне нужно определить степень лояльности офицеров советской власти. Нужно понять, будут они сражаться или нет.
— Мне надо в моё личное дело заглянуть, Варшавский период, многое просто забылось, как страшный сон. — прошу я.
— Минутку. — говорит он и звонит по телефону.
В кабинет входит девушка сержант и кладёт папку.
— Смотри у тебя 15 минут, ехать надо. — говорит он.
Сижу читаю.
“Да Ядвига, ты умела “развлекаться”. Драки в гимназии, драки на улице, драки на торжественных приёмах. Изучаю конфликты с представителями золотой молодёжи. Там персон пять.”
— Кто то из этих есть в лагере? — спрашиваю я.
— Окуцкий Леопольд.
— Помню вот как его племянника отметелила. — показываю улыбаясь, фото из полицейского протокола.
— Борута-Спехович Мечислав Людвиг.
— Тут у нас конфликт с “принцессой”, главная по травле меня в гимназии была.
— Ага поэтому ты, её в пруд с пристани для лодок сбросила. — улыбается майор.
— А не фига спесь демонстрировать, я и сама княгиня. — улыбаюсь я.
— Так время. Там с тобой свяжется старший лейтенант Журавлёв. Он хоть из ГУЛАГа но опер хороший. Удачи, дочка. — говорит он.
Я встаю и откозыряв ухожу.
Нас с капитаном привезли на вокзал и погрузили в СВ вагон. Поезд тронулся.
— Сейчас чай принесут, поужинаем и спать. Завтра с утра в Москве. — говорит Дмитрий Владимирович.
— Мне в Москве кое что купить надо. — говорю я.
— С дочкой сходите, только не по форме. У неё платьев много подберёте. Она у меня все торговые точки знает, где что хорошее есть. — улыбается мужчина.
Глава 16
Утром приезжаем на Ленинградский вокзал и нас встречают и везут улицу Горького дом 15. По крайней мере так Дмитрий Владимирович, сказал водителю, на вопрос куда отвезти.
— Серёж, предупреди, Ядвига у меня переночует, нечего по гостиницам мотаться. — сказал он шофёру.
— Сержант Закшевская, по городу в форме не шляйтесь. Если не хотите в комендатуре до утра сидеть. — говорит он.
— Ничего, Леночка одолжит ей платье и туфли. — говорит капитан.
Когда мы въехали во двор этого домины и капитан вышел и разминался, водитель махнул рукой.
— Ядвиг, просьба руководства, всё равно шмотки покупать будешь, прикупи себе нормальные украшения. — подмигивает он мне.
Капитан ведёт меня в дом. В подъезде он раскланивается с встречными людьми. Мы поднимаемся на четвёртый этаж и входим в квартиру.
— Клавочка, Леночка, папа приехал и не один, а с гостьей. — говорит громко он.
В большой коридор выходит серьёзная женщина, она мне библиотекаршу напомнила. Такие они в основном типичные, в моём детсве были. За ней девушка, моих лет с каштановыми волосами.
— Вот, знакомьтесь, на эту командировку она мой помощник, Закшевская Ядвига. Только недавно вернулась из вражеского тыла. Вот орден получила. — вытаскивает он меня вперёд.
— Так, Лена выдай девушке тапки и прикинь во что переодеть, нечего в форме по городу ходить. Вы Ядвига, сейчас идёте мыться и переодеваетесь. Знаю как вас встречают, не бани, не поспать, перо в руки и пиши отчёт. Ну а ты милый, идёшь в кабинет и разбирать почту, а то уже со стола падает. — раздала она приказы и ушла в сторону кухни.
Лена подлетела и достала тапки без задника. Я стягиваю сапоги, хорошо портянки свежие, засовываю их в голенища. Девушка ведёт меня в комнату и мнётся, что то спросить.
— Лен, я не кусаюсь. — улыбаюсь я.
— Ядвиг, а ты давно на войне? А медаль за что? А ты немцев убивала? — затараторила она роясь в шкафу.