Они ловко напару с медсестрой наложили гипсовую повязку и как застыл повесили мне на шею.
— Я понимаю, что секрет. Но как слетали? В общих чертах. — смотрит доктор.
— Ну немцам было весело и жарко. Цель уничтожена, из наших потерь только моя рука. — улыбаюсь я.
— Очень хорошо. Надеюсь вас при подобных обстоятельствах больше не встречу. — улыбается доктор провожая меня к машине.
— Спасибо за всё. Сама не хочу, при таких обстоятельствах видится. — улыбаюсь я.
Обратно мы доехали также быстро. У КПП встречаем автобус и я пересаживаюсь.
— Была Баба Яга костяная нога, а у нас Ласка костяная лапка. — хохмит Бим.
— Сейчас кто то гипсом по голове получит. — смеюсь я.
До центрального здания управления мы добрались за два часа. Хорошо нас старший лейтенант сопровождал, а то б постреляли на постах. Мы ж в немецкой форме с оружием. Могли и за немецких диверсантов принять. Автобус въехал во внутренний двор и нас через специальный вход ввели в здание и подняли наверх, в помещение тюрьмы. Завели в разные камеры. Там на стульях висела наша форма. Через минуту вошла женщина, возможно из надзирателей. Посмотрев как я бьюсь одной рукой с чулком сказала:
— Не мучайся, сейчас на вещевой склад позвоню, пусть штаны принесут. — сказала она и вышла закрыв дверь.
Пока её не было натягиваю гимнастёрку, матерясь про себя. Женщина вошла и положила носки и галифе. Надеваю носки и штаны, всё прямо в пору. Женщина подходит и помогает расправить гимнастёрку. Смотрит на мои волосы.
— Садись, расчешу тебя, горе ты луковое. В общежитие сама тебе голову помою. Ты когда последний раз в душе была? — говорит она расчёсывая мои волосы.
Пробует сделать два хвостика, но решает не рисковать.
— И так почти ребёнок, а в таком виде ещё и смешной будешь. — похоже улыбается она.
Выведя из камеры и спустив меня ниже на лифте, вводит в помещения где сидят участники рейда уже в своей форме. Даже Мыша в форму одели, он теперь кандидат на звание. Тут же стоит майор НКВД.
— Ну раз все в сборе пошли. — говорит майор и выводит нас в коридор.
Мы проходим из следственного отдела в закрытый сектор. Там секретарь просто кивает на дверь. Мы входим в кабинет наркома. Лаврентий Павлович встаёт из за стола и идёт к нам.
— Отличная работа, товарищи. А возвращение это отдельная тема. Главное как вы быстро вернулись, да ещё с языками и ценностями. Может вас в пираты переквалифицировать? — улыбается Берия.
Мы стоим по стойки смирно.
— Так, всем вам, объявлена благодарность в приказе. Сейчас оформите подписку и по частям. А вы милочка, пока рука не заживёт тут поработаете, людей не хватает, а отправлять вас в эвакуацию смысла не вижу. — говорит нарком идя вдоль нашего строя и остановившись возле меня.
Нас вывели из кабинета и у секретаря мы расписались в бланках о неразглашении. Майор увёл остальных, а меня передали женщине, что помогала мне в тюрьме. Она провела меня к архиву.
— Иван Фёдорович, я вам сегодня нужна? — крикнула внутрь женщина.
— Катерина Ивановна, голубушка, нет, у нас тут и так почти всё вывезли. Что там случилось? — подошёл к нам капитан НКВД, хотя похож он был больше на академика.
— Да вот, новую помощницу нашего “Робина Гуда” поселить и в порядок привести надо. Девочка, только из рейда. — говорит женщина.
— Идите, идите. Только “Робину” её покажите сначала. — говорит “академик”.
Мы спускаемся в тир. Он и в наши дни там, только стал более технологичным.
— Робин. — кричит от двери женщина.
Из глубины помещения выходит парень лет 25-ти, с густой рыжей шевелюрой и петлицами лейтенанта.
— Катерина Ивановна, я Родион, а не Робин. — похоже привычно ворчит он.
— Что то топора я у тебя не вижу. — подначивает его женщина.
— Ну так и старухи процентщицы тут нет. — усмехается мужчина.
— Ладно, вот твоя помощница, пока рука не заживёт, к тебе приписана. Завтра в девять на проходной её встречаешь. — говорит Катерина Ивановна.
— Отлично, меня называй Родион. А тебя как зовут? — смотрит он на меня.
— Ядвига. — отвечаю я.
— Ну хорошо не Мэриан. — улыбается женщина.
Мы простились и мужчина ушёл в помещение тира, а мы вышли через бюро пропусков, где мне выписали пропуск и вошли в соседний подъезд. На втором этаже размещалось общежитие № 1.
Комендант выдала матрас, подушку, одеяло и постельное бельё. Катерина, как она попросила её называть помогла мне разместится. Оказывается мои вещи привезли сюда, притом и вещмешок и рюкзак. Вешаю платье на плечики в шкаф, понимая, что оно мне уже мало. Катерина тащит меня в душ, где моет мне голову. После сижу сортирую вещи. Оружие и бельё складываю в вещмешок. Остальное в шкаф. Считай ничего из того что нашёл при попадание не осталось, только сумочка.