Тяжелые двери, украшенные лепниной и позолотой, ведущие в тронный зал старого дворца, где уже собрались приглашенные гости, отворились, и юные графини прошли внутрь. По периметру зала располагались столы с закусками, а у противоположной от двери стены возвышалась пирамида из шампанского. Под потолком висели золотые люстры с сотнями горящих свечей, а подвески из хрусталя и драгоценных камней, украшающих каркас, придавали им невесомость и изящество.
В середине зала, на паркете, в танце кружились красивые пары: мужчины в смокингах или форменных кителях с масками в тон костюмам и женщины, каждая в уникальном платье, наверняка специально пошитом для мероприятия. Графини Базилевская и Ольшанская тоже не стали исключением. На Лине было чудесное светлое платье, которое украшали серебряные нити, оплетающие весь ее силуэт. Такие же цепочки были вплетены в ее полусобранные белокурые локоны. Камни, украшавшие корсетную часть наряда перекликались с мерцающими на ее маске ангельскими крыльями. Алиса выглядела чуть более мрачно: подол ее черного платья украшала золотая традиционная вышивка Поднебесной, а плечи покрывала полупрозрачная накидка с драгоценными камнями в виде капель. Темно-русые волосы были собраны в низкий пучок, а длинная челка, падая на лицо, прикрывала часть маски. Лина назвала это «прядями страсти», но подруга постоянно называла их иначе.
-Это что Максим?
-Где? – спросила Алиса, поворачивая голову в ту сторону, куда смотрела Ольшанская.
-Рядом с башней из шампанского. А рядом с ним, кажется, Диана…
-Они что все еще вместе? Мне казалось, что они разошлись еще год назад, когда она уехала учиться в столицу.
-Я тоже так думала. Странно, что их отношения в принципе еще живы. Хотя, вспоминая то, как она его всегда оберегала от противоположного пола, это не кажется таким уж невероятным.
-Мне кажется, что ее основной целью являлось уберечь его от бывшей, которая была настоящей красоткой. Подожди, это же была ты, - широко улыбнувшись, сказала Алиса.
-Да, в четырнадцать лет у нас были такие серьезные отношения, - с наигранной важностью ответила Лина.
***
Детский пансионат для летнего отдыха открыл свои двери для вновь прибывших гостей. Всех постояльцев разделили на отряды и разместили в отдельных домиках. Это было чудесное время без всяких забот. Три подруги впервые приехали сюда все вместе, желая вновь погрузиться в приятную атмосферу этого места, спрятанного в сосновом лесу.
Время летело незаметно, и к середине смены они обзавелись приятельскими отношениями с компанией молодых людей их возраста. Среди них был и Максим. МММ. Сложно сказать: повезло ему или нет, но его звали Максим Максимович Максимов. Он был симпатичным и милым мальчиком, который положил глаз на Лину, а та в свою очередь отвечала ему взаимностью на нежность в свою сторону.
Подростковая влюбленность всегда довольно романтична. Глаза Лины светились от восторга, когда она говорила о Максиме или она вдруг видела его среди толпы на вечерних мероприятиях. Он определенно ей нравился, а она нравилась ему.
В один из вечеров, во время танцев, Соня и Алиса упустили момент, когда Ольшанская пропала из их поля зрения. Как потом оказалось, она была с Максимовым у закрытого водоема: месяц был холодным, и детей не водили купаться.
По ее рассказу, подруги узнали, что он тогда увел ее прогуляться вокруг озера, а потом, свернув к закрытой части водоема, помог ей перелезть забор. Оказалось, это было признание в любви. Тогда это казалось таким романтичным, хотя это и сейчас кажется таковым. Он подвел ее к краю, повернулся спиной к воде и взял ее руки в свои.
-Представь, что мы сейчас находимся на корабле, - он посмотрел в ее зеленые глаза, - А ты являешься капитаном этого судна. Сейчас ты вольна делать все, что захочешь: я в твоей власти. Я не член команды и у меня нет билета на этот рейс, но одно твое слово и я останусь жив, меня не скинут за борт. Ты нравишься мне, поэтому я хочу услышать: нравлюсь ли тебе я? – он выжидающе посмотрел на Лину.
-Да…
***
-В четырнадцать у вас, возможно и не было все серьезно, но вся эта розовая мишура точно была. А вот в семнадцать, когда мы снова попали с ним в пансионат, он был вполне серьезен в отношении своей невесты.
-Это был лишь прощальный танец, я его не жениться на себе заставляла.