Самое отвратительное было в том, что его найти было невозможно. Объяснялось это легко — скорее всего, на Гюнтере стоит какой-то защитный аркан, но это делало поиск с помощью мага и ментала практически бесполезным. Впрочем, как и поиск Лины, которую этот аркан, видимо, также закрывал.
— Мы перекрыли границы области, машина точно где-то в Подмосковье, но где именно, — Филипп устало потер виски, — Выезды были закрыты сразу же, как мы получили сигнал о похищении, так что ищем в ближайшем радиусе города.
— Что говорит Артем?
— По его словам, все глухо, он не может найти этого выродка. Артем предположил, что Гюнтер смог найти слепую зону для магии, в области их несколько. Мы пока проверили две самые ближние, там ничего нет.
— Тамара?
— В обмороке. Второй раз за последние двадцать минут.
Марк бессильно оперся о стол.
Куда же они пропали?!
Он еще раз подошел к карте на стене. Проверенные зоны были помечены зелеными флажками, непроверенные — красными и последних было намного, намного больше, а ведь прошло уже столько времени с момента похищения девушки. Территорию целенаправленно сканировали на предмет всплеска ее ауры, а вампиры клана физически обыскивали всю область, объезжая каждую деревушку, каждый пустой дом. Но все без толку.
Ивана тоже не нашли, это лишний раз доказывало, что парень по уши вляпался в эту историю.
Марк давно знал ученика Эстебана, особенно, на что тот был способен, и высший искренне боялся самого страшного для своей любимой. И невозможность помочь ей, бездействие и тягостное ожидание выводили его из себя намного сильнее, чем он мог представить ранее.
— Ты уверен, что Гюнтер хочет заставить Лину сменить реальность? — тихо спросил его Гай.
Марк молча покачал головой, стараясь сдержатся.
— Я не думаю, что он похитил Лину именно для этого.
Он поднял голову и тяжелым пристальным взглядом посмотрел брату в глаза.
Такой дикой, оглушительной боли Лина еще никогда не чувствовала. Казалось, ее руку рвут заживо раскаленным железом, вырывая с мясом и нервами инициальное клеймо. Кровь из раны лилась ручьем и Гюнтер, лежа на полу рядом с орущей от боли, но обездвиженной девушкой, не скрывая своих желаний, с наслаждением ловил ее губами.
Ирина брезгливо отошла на пару шагов, стараясь не смотреть на эту странную и сумасшедшую сцену.
Несмотря на ее талант и старания, ничего не получилось. Клеймо все равно оставалось на месте, будучи прожженным едва ли не до костей. Снять магией такой инициал женщина не могла, оно поставлено слишком глубоко.
— Я уезжаю, — собирая свои вещи, мимоходом бросила женщина.
Гюнтер оторвался от алиной крови и посмотрел снизу вверх на магичку, как будто не понимая, о чем она говорит. Окровавленное лицо, безумные глаза, Ирину передернуло от этого зрелища.
— Можешь не провожать, дорогу найду сама.
Она бросила последний взгляд на девушку и, повинуясь какому-то неосознанному желанию, сняла с нее обездвиживающее заклинание и вышла за дверь.
Лина, почувствовав, что может шевелить руками и ногами, попыталась вырваться из стального захвата Гюнтера, но вампир был очень силен. Она ударила его в челюсть свободной рукой. Парень лишь отдернул голову и в ответ сам так приложил девушку об пол, что у той едва искры из глаз не посыпались.
— Марк все равно найдет меня, — не переставая, твердила девушка эти слова, как мантру. Она фанатично в это верила.
— Не смей даже вспоминать о нем! — злобно прошипел он ей на ухо и, схватив за волосы, еще пару раз ударил для подтверждения своих слов.
Туман полностью затмил его сознание, от слов Лины парень пришел в неистовство. Столько времени Гюнтер считал девушку своей, он был убежден, что она полностью принадлежит только ему.
Это его женщина, его животное, его вещь!
Парень не слушал тех, кто говорил ему об изменившихся отношениях понтифика и Лины, считая, что они видят лишь внешнюю сторону. Но сейчас…!
Имя понтифика не сходило с ее губ, и слышать это было для него невыносимым.
Вампир встал с коленей, рывком дернул Лину к себе и погрузил на плечо, пачкая одежду ее кровью. Лестница наверх, на второй этаж, скрипела под тяжелым вампиром и его ношей. Он вошел в первую же дверь, это оказалась спальня, и сбросил Лину на кровать.
— Раздевайся! — приказал он.
Девушка съежилась на постели, подобрав под себя ноги. Окровавленное запястье пачкало ее одежду, но она этого не замечала, в панике догадавшись, что именно он имел в виду.
— Нет!
Алина вдруг со страхом осознала, что Гюнтер не из тех благородных мужчин, которые с покорностью принимают отказ женщины. А безумный огонек в его взгляде привел ее в ужас.