На глазах появилась в ее руках деревянная чаша и берестяной туесок. Разостлав на земле рушник, она выложила из котомки ломоть хлеба и пару луковиц.
— Поди-ка водицы в чашу набери, — протянула она ему чашу.
— Зачем? — удивился он.
— Разве не хочется тебе пить? — удивленно поднялись темные брови.
— Ты же сказала, что эту воду нельзя пить, — вконец запутавшись, промямлил он.
— Есть у меня один секрет! — снова сунула она в его руки деревянную чашу. — Принеси воды, а потом я тебе расскажу.
— Где же я ее возьму? — обвел он руками пустынное пространство.
— Да тут вода за каждой скалой, — небрежно отмахнулась Агата. — С дороги не видать, но ты напрямки иди, не ошибешься.
Все случилось именно так, как она и сказала. Не успел Матвей и пяти сажен отойти в сторону от дороги, как заплескалось у его ног, скрытое за скалами, озерцо.
Боясь расплескать, нес он свою добычу бережно и важно, то и дело с жадностью заглядывая в прозрачную глубину. Кабы не слова ведьмы, залпом бы выпил полную чашу и сразу бы побежал за второй.
Агата приняла из его рук полную чашу и хитро улыбнулась.
— Смотри! — сказала она и наклонила над водой туесок, полный жидкого меда. Сорвалась вниз тягучая капля и бесследно исчезла в голубоватой жидкости.
Матвей уже давно перестал что-нибудь понимать, равнодушно наблюдая за ловкими пальцами Агаты. Все эти глупые ритуалы и выдумки!
— Пей! — протянула она ему чашу.
— Ты же сказала, что нельзя, — вяло отмахнулся он.
— Одной капли молока или меда достаточно, — улыбнулась Агата. — Теперь эту воду можно пить.
Корчась внутри от необъяснимого страха, Матвей принял из ее рук чашу и сделал несколько глотков. Не было в его сердце доверия, но не стала бы она его спасать тогда, чтобы погубить сейчас?
Глава 10
Вытянув ноги, он бесцельно смотрел на возвышающиеся вдали серые скалы. Почему здесь все такое одинаковое? Нет ничего, кроме каменных глыб, мертвых деревьев и бесконечных пыльных дорог. Хотя нет, есть еще голубые озера и ручьи, воду из которых нельзя пить.
Неужто нет здесь ничего живого? Ни пучка зеленой травы, ни певчей птички?
Агата что-то говорила про ягоду, но он не слушал толком. Матвей повернул голову к сидящей рядом ведьме.
— Здесь всегда так? — спросил он. — Ни пятнышка зелени.
— Это лес давно умер, — бесстрастно ответила она.
— Ты говорила что-то про ягоды, — напомнил Матвей.
— Да, — кивнула Агата. — Если сильно попросишь, Лес напоит и накормит тебя. Но бойся взять в рот хоть одну ягодку. Сторонись щедрого подношения. А уж если угораздило тебя утолить жажду и голод, тогда не позволяй себе спать. Как я уже тебе сказала, не больше часа. Помни об этом.
— Почему я должен помнить? — пожал он плечами. — Разве не идем мы вместе одной дорогой?
— Одной дорогой идем, — согласилась она, и уклончиво добавила, — да только по-разному бывает. Здесь ведь и потеряться недолго. Туманы бывают и пыльные бури.
— Как же я без тебя? — вдруг испугался Матвей. И не думал никогда, что будет бояться остаться один. — Мне ведь нипочем не найти Марийку и девочек.
Агата едва заметно улыбнулась и первый раз в жизни посмотрела на него внимательным взглядом. Черен, горбонос и жилист. Не такого мужа она хотела своей дочери, но выпала эта невзрачная косточка. Однако семью любит. Все думали сбежал и бросил Марийку, а он вернулся. Да и за ней не побоялся в самую темноту отправиться. Хоть и не люб он ее душе, а больше опереться не на кого.
— Ты вот что, — сунула она руку в котомку. — Рано или поздно все равно нам придется расстаться. Лес не отступится. Время мне он дает покамест, но и оно утекает сквозь пальцы. Чую, что если не найдем до ночи, придется мне идти к Великому Разлому, а тебе дальше искать Марийку и девочек.
— Нет, — замотал он головой.
— Слушай меня дальше, — строго сказала Агата. — Мне предстоит судилище, и если не удастся оправдаться, тогда не знаю, что будет. Может, и не выпустит меня больше Лес, но пообещай мне, что ты вырвешь Янику и Миленку из его лап. Обещаешь?
— Обещаю, — не задумываясь, кивнул он.
Какое-то время они молчали. Агата, склонив голову, рылась в мешке, а Матвей тихо вздыхал, оглушенный последними новостями.
— Вот! — протянула она ему крошечные песочные часы.
Матвей растерянно захлопал глазами. Доводилось и раньше видеть в монастырях и у знакомых купцов. Но так, чтобы узреть подобную вещицу в руках у деревенской? Чудно!
— Знаешь, что это? — спросила Агата.
— Да, — облизал губы Матвей. Отчего-то снова захотелось пить.