Но не тут-то было! Котенок вырвался на свободу, однако, к удивлению Матвея, не кинулся в окутанные серой паутиной кусты, а важно зашагал чуть поодаль.
— Почему ты не ушел? — спросил он вышагивающего рядом кота.
Баюн смерил его насмешливым взглядом, фыркнул что-то себе под нос. И тут-то Матвей окончательно уверился, что тот понимает его. А что хуже того — может ответить…
— Только не говори мне, что я попал в сказочные дали, а ты говорящий кот, — замахал он обеими руками и отскочил в сторону.
— Не сказочные это дали, — прозвучал в голове вкрадчивый голос.
Опомнившись от минутного потрясения, Матвей встал, широко расставив ноги и угрожающе посмотрел на котенка, который заметно подрос, превратившись во взрослого кота.
— Где моя жена? — загорелись на щеках кирпичные пятна. — Куда вы ее дели? Отвечай!
— А мне почем знать? — уселся на тропинку Баюн и принялся отмывать покрытую пылью лапу.
— Ты колдун? — впился в него разъяренный взгляд.
— Разве не видишь, что я кот? — нахально шевельнулись длинные усы. — Или ты ослеп, человек?
— Кто у вас тут голова? — сбавил напор Матвей, надеясь договориться по-хорошему.
— Стражи, — лениво зевнул Баюн.
— Отведи меня к ним, — потребовал он.
— Еще чего, — фыркнул кот. — Стражи — самые могущественные существа этого мира. Зачем им встречаться с никчемной букашкой вроде тебя?
— Я не букашка, — вспыхнул Матвей.
— Ты просил меня провести тебя обратно, — поднялся на ноги и прошелся вокруг него кот. — Я провел! А теперь прощай.
Матвей так и не понял, что и как произошло. Вот только что топтались по дорожке мягкие подушечки кошачьих лап, а стоило один раз моргнуть — и растаял он серебристой дымкой. Ни кота не осталось, ни единого следа на припорошенной пылью тропе. Будто привиделось ему все после бессонной ночи.
Широкоплечая фигура устало присела на огромный камень. Исполинские руки простерлись над бездонным провалом, расколовшим надвое каменистую долину.
Ладоней коснулась волна холода, текущего из бездонного ущелья. Что-то черное шевельнулось там, заворочалось.
Гигант обеспокоенно оглянулся, разыскивая глазами своего товарища. Совсем близко подполз морт. Осмелел, гаденыш!
— Что там? — торопливо шагнул к провалу Страж Осий.
— Лезет, — затрепетали огромные ладони. — Один, боюсь не удержу. Учуяли что-то темные. Уже который день волнуются.
— Этий сказал, что у Разлома выросли новые ветки, — пробормотал Осий, присаживаясь на соседний камень. — Стало быть, худо дело.
— Подвела нас Агафья, — вздохнул Ней. — Столько труда было вложено, а все попусту. Ошиблись мы в ней.
— Дети дома? — спросил младший Страж, развертывая над проломом громадные длани. — Ни к чему им быть здесь сейчас.
— Знаю, — вздохнул Ней. — Баюн должен был позаботиться о девочках, но до сих пор нет от него вестей.
На глубине что-то недовольно ухнуло и заворчало. Заскребли по каменистым стенам когтистые лапы.
Ней с любопытством наклонился над ущельем. Еще немножко — и сорвется бездельник. Чего ему не сидится у себя дома? Все лезут и лезут. Словно шершни на дармовой мед летят. Как же хочется капельку покоя и хоть одно столетие без тревог.
Канули в прошлое безмятежные времена. Не доходят руки до строительства новых дорог. Удержать бы старые от разрушения…
— Смотри-ка! — усмехнулся Осий. — Легок на помине! Скачет, аки конь вороной.
— Твоя правда, — радостно закивал Ней. — Надеюсь, доброе слово принесет нам Баюн. От дурных вестей уже голова кругом идет.
Черная тень метнулась через заросший молодым ельником холм и пропала среди темной зелени.
А когда Стражи переглянулись еще раз, огромный кот уже сидел позади и, выпустив из лапы длинные когти, невозмутимо точил их о валун.
— С чем пришел? — игнорируя визг сорвавшегося вниз морта, спросил Осий.
— Девочки дома, — коротко ответил кот.
— Хоть одна радость, — развернулся к ним Ней. Со зловредным нарушителем границ покончено, можно и передохнуть немного.
Баюн тряхнул пушистой шерстью и принял человеческий вид. Так было удобнее для всех. Открыл рот и пошевелил челюстью, привыкая к новому обличью.
— Да, детишек до дома довел, — кивнул черноволосый парень, — а только беды наши на этом не закончились.
— Что еще? — нахмурился Ней.
— Дочь ведьмы решила остаться, — вздохнул Баюн. — Я сделал все, что мог, и духи гор мешали ей спать, но она все равно решила остаться.
— Почему? — дрогнул плечами Осий и спрыгнул с камня, теряя облик грозного гиганта.