— А я как же? — всхлипнула сноха.
— А ты тоже забудь, — с важным видом посоветовала Матрена. — Отправлю Макара к дядьке в город от греха подальше.
Анисья ничего не ответила, лишь опустила голову на стол и прикрыла лицо широкими рукавами. Не о том мечтала она, когда выходила замуж за Демьяна. Совсем не о том.
За окошком раздавались истошные крики. Кто-то с шумом бежал мимо, а на лугу ошалело ревели коровы.
— Да что это такое? — всполошилась Матрена и, забыв про сноху, выскочила за дверь, а прикрыть забыла.
Через проем сочился в дом запах далекой гари. Анисья приподняла голову, принюхалась. Перевела взгляд на дверь — в проеме застыла фигура мужа.
— Это правда? — прозвучал глухой голос.
— О чем ты, любый? — наскоро вытирая опухшее лицо, спросила жена.
— Макар по всей деревне разнес уже, — скрежетнул зубами Демьян. — Это правда?
— Не смогла отбиться я, — завыла Анисья и повалилась на пол.
— Убью! — пробормотал Демьян и еще крепче сжал рукоятку топора.
Сверкнуло на солнце лезвие, и загрохотали по улице тяжелые шаги. Дверь так и осталась открытой.
У ног плескалось озеро — снова голубое и бескрайнее. Дальние берега его терялись в дымке тумана. Скалы, разбросанные вдоль дороги, превратились в размытые пятна, которые едва угадывались в нависающей над головой пелене. Отсюда не было другого выхода, только назад, через пещеры. Да и тот ход теперь был закрыт.
— Пей, — кивнул Баюн на молочно-голубую воду.
— Где мы? — пробормотал Матвей, удивленно оглядываясь. Казалось, что он узнал это место. Но так ли это? В Мертвом Лесу один берег озера похож на другой.
— Мы вернулись назад, — туманно ответил кот. — Посмотри направо.
Матвей вздрогнул. Марийка! А кто же сидит рядом с ней на камнях?
— Это ты, — принял кот человеческий облик и опустился на колени, чтобы ополоснуть вспотевшие щеки. Поднял мокрое лицо и усмехнулся. — Со спины не узнал, выходит?
— Я могу с ней поговорить? — делая нерешительный шаг вперед, спросил Матвей.
— Она тебя не услышит, — вздохнул оборотень.
— Тогда зачем ты меня сюда привел? — с горечью спросил Матвей. — Почему не оставил умирать на берегу Черного Озера?
Он наклонился и подобрал камень. С силой зашвырнул его в голубоватую рябь. Он больше не хотел пить. Он больше ничего не хотел.
— Она меня попросила, — кивнул черноволосый оборотень в сторону дороги.
Серебристая тень отделилась от пелены тумана, словно сама была его частью.
Стройная дева с белокурыми волосами плыла над дорогой, едва касаясь ее полами длинных одежд.
На мгновение Матвей замер, пораженный неземной красотой. Никогда еще не доводилось ему видеть такого прекрасного создания. В своей жизни Матвей встречал удивительно красивых девушек, но нельзя было найти достаточно человеческих слов, чтобы описать завораживающую прелесть Лунницы.
— Спасибо, что пришел, — прозвучал нежный голос.
— Зачем я тебе? — с трудом разжал зубы Матвей.
— Твоя жена не услышит тебя, — подтвердила она слова оборотня. — Но ты должен попытаться поговорить с Матвеем.
— Так ведь я и есть Матвей, — положил он руку себе на грудь.
— Поговори с тем, что сидит на камнях, — прозвенели серебряным колокольчиком ее слова, а рука указала на мужскую спину.
Матвей из прошлого так и остался сидеть неподвижным изваянием — словно окаменел. Может, и слышал он шум за спиной, но вида не подал.
— Он слышит нас? — невольно понизил голос Матвей.
— Нет, — покачала головой Лунница. — Подойди ближе и встань за его спиной. Но никогда не проси его обернуться. Ты не должен видеть его лица.
Глава 32
Виктора дома не было. Одиноко скучала во дворе заброшенная со вчерашнего дня машина, а у колеса валялись разбросанные инструменты. Это было так не похоже на ее мужа.
Раиса вздохнула и хотела было наклониться и прибрать все, по своему обыкновению. А потом опомнилась. Да что это с ней? Виктор ведет себя как капризный ребенок, это она уже поняла. Но она ведь не его мамочка?
Истерик! Виктор специально все разбросал. Она была в этом уверена.
Удобная лавочка в тени беседки так и манила ее присесть — рассмотреть повнимательнее свою находку. И первый раз в жизни, Раиса не стала отказывать своему желанию. Пусть валяются на земле инструменты и ждет в доме куча нестиранного белья. Повседневные хлопоты как-то скукожились и отошли на второй план.