Ставни нужного дома открылись, и на улицу вышел человек. Илья выкинул бычок от сигареты, дал человеку отойти и пошел следом. Человек зашел в маленький магазинчик, из разряда тех, где можно приобрести товары для дома. Илья ждал на крыльце. Человек вышел, глянул, надвинул шапку на глаза и пошел дальше. Не домой. Илья — следом. Они шли так минут десять. Человек постоянно поворачивал. Вышли на оживленную улицу, дошли до перекрестка. Спустились в подземный переход, где патлатый паренек пел под гитару песни.
— Группа крови на рукаве! — тянул он. — Мой порядковы-ы-ый номер на рукаве!
Народ сонно брел мимо. Кто-то подошел и кинул монету в лежавшую на полу кепку.
— Пожелай мне удачи в бою! — пел парень, яростно ударяя по струнам.
Илья поравнялся с уличным певцом и увидел, насколько старая у того гитара — дека местами вспухла, отклеилась, на корпусе лепились полустертые наклейки от жвачек.
— Пожелай мне-е-ээ! — тянул парень, зажмурив глаза.
Вдруг Илью словно ударило током: парень играл не только на струнах — он извлекал резонирующую музыку из своих связей.
— Не остаться в этой траве! Не остаться в этой траве! — разносился под бетонными сводами перехода звонкий голос, от которого у Ильи задергался кадык. — Пожелай мне удачи! Пожелай мне-е-э у-да-чи!
Илья прошел мимо, силясь заглянуть в глаза певцу, но тот был сосредоточен на игре. Происходило что-то еще. С толпой. Некоторые люди, их лица… как бы наливались внутренним свечением, как лампы накаливания. На дне зрачков тлели огоньки, свечки астральных тел колыхались в такт. Некоторые даже улыбались. Илья шел все медленнее, рискуя упустить Эдика из виду, но то, что происходило в переходе, было настолько важным, что требовало внимания и осмысления — здесь, сейчас, немедленно.
— И есть чем платить, но я не хочу… — знакомые слова звучали уже не в переходе — в голове. Губы шевелились сами собой, повторяя эти слова, как мантру. Слова, которые спасли его в свое время — Илье вспомнилось темное время юношества, когда он стоял на краю наркоманской пропасти, волчонок с большой улицы, танцующий на краю. И только музыка удержала от рокового шага.
Это напоминало мгновенный фотоснимок. Люди застыли в переходе и молча слушали музыку. Воздух загустел, наэлектризовался. Волосы на коже зашевелились. Резко и сильно запахло озоном. Но это было неважно, все было неважно, кроме одного — люди стояли и вместе слушали эту хриплую надрывную музыку, исполняемую на старой гитаре с дребезжащими струнами. Их взгляды, их лица были устремлены к источнику музыки, от которого к ним тянулись нити энергии, связывающие их в единый пучок. Что-то текло по ним, невероятно мощное и сильное. Это оно заставляло солдат бросаться с голыми руками на танки в Великую Отечественную. Это оно двигало полярников на завоевание Арктики. Это с ним Юра Гагарин сказал свое «Поехали».
Вдруг струна лопнула. С жалобным, отрывистым вскриком.
Мгновение спустя по переходу уже шли серые люди с невыразительными лицами-масками, а певец убирал в футляр сломанный инструмент.
Илья поднялся на поверхность и столкнулся со своим попутчиком. Это был Эдик, он ждал у ступеней. Они молча зашли в ближайший бар, взяли по пиву. И только после половины бокала портной сказал:
— Я тебя и не узнал сначала.
— Ну, теперь-то распознал?
— Теперь да. По глазам.
— Ну и хорошо. Рассказывай, что тут творится.
Эдик помрачнел, сгорбился над бокалом. Тогда, чтобы дать ему возможность собраться с мыслями, Илья первый поведал ему о своих приключениях. Эдик слушал, прихлебывая пиво, и брови его все сильнее сходились к переносице.
Илья закончил.
Вечер почернел. Город перемигивался огоньками.
— Ну что? — обратился к портному.
— Ситуация следующая. Мои коллеги думают, что зачистку им устроил ты. Тебя ищут.
— Это и так понятно. Меня интересует другое.
— Думаешь, я настучал? — скривился Эдик.
— Не ты?
— Нет.
— Ясно. — Илья достал сигарету, закурил. — Да неважно, кто. Странно, — он взглянул на портного. — Тебе бы сюда весь ваш профсоюз вызвать…
— Очень смешно.
— Ладно, шучу. Кто это сделал?
— По идее, это может быть любой, кто видит Мир Связей. Но действует профессионал. Вот почему сомнительно, чтобы ты тут куролесил. Ты любитель. Из тебя видящий, как из балерины тракторист.
— Спасибо за комплимент.
— Я бы тебя первым ухайдокал, не обольщайся. Подстава налицо. Этот тип действует, как чертов ниндзя. Бьет точечно. Ты вообще знаешь, кого он убрал?
Илья помотал головой.
— Нет, конечно. Ну так знай. Есть люди, как мы с тобой, портные и швеи — те, кто работает с нитками. Кто знает, как шить, сшивать, строчить и распарывать. Понимаешь?