— Твое имя, — ответил он с широкой улыбкой, которую следует отнести в разряд запрещенных приемов. Потому что она чересчур притягательна, словно прохладное озеро в жаркий летний день. — Дама родом из Чехии. Раньше жила недалеко от Праги. Она утверждает, что сокращение от Мирослава будет не Миро, а Мирек.
— О, прикольно, — вклинился Элай. Он явно наслаждался едой, которую поглощал. — Пожалуй, буду так его называть.
— Вряд ли, — сказал я, мечтая, чтобы тот жевал еще быстрее, и поерзал на месте, отчаянно нуждаясь в снятии напряжения.
— Думаю, Мирек звучит охрененно.
— Достану еще вина, — пробормотал я, встал и подошел к кладовой, в которой находился целый стеллаж с бутылками.
— Хочешь еще одну целую бутылку? — крикнул Ян.
Я стоял в кладовой, упершись руками в стену, и пытался успокоиться.
Все дело было в пережитом дне, я это точно знал. Я так боялся потерять Яна. И то, что все на самом деле оказалось так, как и должно было быть, плюс ощущение его близости, творили безумные вещи с моим либидо. Мне срочно требовалось, чтобы Элай ушел, потому что Ян мне нужен был целиком и полностью.
— Подожди, что? — внезапно раздался голос Яна у дверей кладовки, но понятно было, что обращается он не ко мне, а к Элаю.
— Сейчас приду. Просто ищу бутылку, которую хочу, — солгал я, пытаясь унять эрекцию. Элай по-любому бы заметил ее, и понял, что должен уйти, но мне этого не хотелось.
Что ж. Хотелось, конечно, но не так, чтобы Элай при этом смутился или стал ощущать себя лишним. Не я все затеял. Во всем Ян виноват.
— Что ты делаешь? — спросил Ян, заглянув в кладовку и посмотрев на меня.
Я прижался щекой к холодной штукатурке и уставился на него, на его мощные плечи и широкую грудь, отмечая и его длинные мускулистые ноги, и вены на руках. От его вида просто слюни текут, и я сгорал от желания.
— Уходи. Поболтай с Элаем.
Ян нахмурился, но потом увидел, что я пытаюсь с собой совладать, и расплылся в порочной улыбке, от которой глаза его сверкнули таким же опасным замыслом.
— Убирайся, — приказал я.
— Ты возбужден?
Я проигнорировал его и прижался лбом к прохладной поверхности. Меня словно лихорадило.
Смешок его вышел абсолютно распутным.
Я повернул голову и рыкнул на него.
— Прямо сейчас я ненавижу тебя. — Ян шагнул ближе. — Ладно, тогда я выйду.
— Не вздумай, — приказал Ян и повернулся на выход.
Медленно передвигаясь, я добрался до дверного проема, а затем наклонился над стойкой, чтобы мой член, который пытался вырваться наружу через молнию, оказался прикрыт.
Ян стоял, прислонившись к холодильнику и скрестив руки на груди, и разговаривал с Элаем.
— Хватит таскать в свою постель незнакомок. Тебе тридцать два года, старик, это просто нелепо. Пора уже строить отношения, а не трахать все вокруг.
— Ты совсем как моя мать, — проворчал Элай.
— Черт возьми, Элай, ты даже не знаешь эту девушку.
— В том-то и дело. Я познаю ее в библейском смысле.
Ян покачал головой.
— Послушай, если тебе дома можно потрахаться, не значит, что остальным так повезло, — возразил Элай и залпом допил вино.
— Заниматься сексом с женщинами, с которыми знакомишься через приложение в телефоне, небезопасно.
— Все так делают, — пояснил Элай, вставая, приложил ладонь к лицу и дыхнул на нее. — Оу-у, приятель, сколько чеснока в этом хлебе?
— Он так и называется — чесночный хлеб, осел, в спагетти тоже немного было.
— Надеюсь, у тебя есть зубные щетки для тех, кто захотел бы остаться на ночь.
— Там, в ванной, — сказал Ян и покачал головой.
— Не надо меня осуждать. Ты хоть девушку-то видел? — спросил Элай, остановившись по пути в ванную, чтобы погладить Цыпу, который дрых без задних ног на диване. — Знаю, ты способен оценить женскую красоту.
— Да, она красотка, но хорош, Элай, ты же не собираешься с ней встречаться.
Пока я слушал их, чувствовал, как тело начинает успокаиваться. Подначивать друг друга для них было в порядке вещей.
— Не, чувак, я ее точно отымею, — прояснил Элай. — У меня недотрах.
— Пора бы более серьезно относиться к своим любовным похождениям.
— Совсем выжил из… Да где же зубная…
— С левой стороны, — подсказал Ян, отстранился от холодильника и направился ко мне.
Лучше бы он остался на том конце кухни. Слишком велико искушение, а я все еще был на грани. Крошечная искорка — и я вспыхну.
— Ян, я…
Он грубо схватил меня, заломил правую руку за спину, крепко ухватил за левое плечо и втолкнул обратно в кладовку.