— Ты должен поселиться со мной.
Это было хорошее предложение. Я очень надеялся, что Редекер примет его.
Редекер медленно и томно открыл глаза, будто был одурманен наркотиками.
— Я не могу… я не должен… не хочу, чтобы все было так, как…
— О, не волнуйся, — сказал Кэллахэн, отступая и отпуская его, но не отстраняясь. — Все будет совсем не так как в Вегасе, это я тебе обещаю.
— И что, черт возьми, это значит? — пробормотал Редекер, снова нахмурившись, но все же позволяя прикасаться к себе.
— Все будет именно так, как хочешь ты.
— И почему я чувствую в этом подвох?
— Понятия не имею, — невинно ответил Кэллахэн.
— Объясни мне, что ты имеешь в виду под…
— Чем занимаешься?
Я пропустил окончание фразы Редекера, когда, обернувшись, увидел позади себя Яна.
— Откуда ты появился?
— Оттуда, — ухмыльнулся он, указывая на вездесущую корзину с фруктами в комнате отдыха. — Иногда организм просто жаждет цитрусовых, — объяснил он, показывая мне апельсин в руке.
Я хмыкнул.
Он сделал попытку подсмотреть, но я встал поперек коридора и помешал ему это сделать.
— Я хочу глянуть, за кем ты шпионишь.
— Ни за кем, — настаивал я, обернувшись и увидев направляющихся к нам Редекера и Кэллахэна.
— А, понятно, — поддразнил Ян, поиграв бровями.
— Просто будь к ним добр. Они пытаются во всем разобраться.
— Я всегда добр, — заявил Ян, ухмыльнувшись, перед тем как кивнуть головой в сторону двух приближающихся мужчин. — Ты Кэллахэн?
— Да, — он протянул Яну руку. — А ты Дойл?
— Он самый, — ответил Ян, пожимая ему руку, прежде чем кивнуть головой в сторону Редекера. — Парни, вы ведь были напарниками в Вегасе, верно?
— Были.
— И вас двоих перевели, так что… вы готовы так же оставаться напарниками?
— Да, — ответил Кэллахэн, прежде чем Редекер успел вставить хотя бы слово.
— Отлично, — вздохнул Ян. — Это значительно упрощает дело. Пойдемте со мной, надо разобраться с бумагами. И вам следует спуститься вниз, чтобы выбрать машину, пока все хорошие не разобрали. Там внизу есть «гремлин»5, так что, возможно, вам стоит поторопиться.
Редекер с ужасом посмотрел на меня и резко выдохнул:
— Я думал, ты шутишь.
— Нет.
— Ты сказал «гремлин»? — переспросил слегка шокированный Кэллахэн, и на его лице отразилось беспокойство. — А это вообще безопасно?
Ян пожал плечами.
— Не знаю, но мне бы не хотелось это проверять.
Редекер бросился к лифту, а Кэллахэн в полной растерянности последовал за Яном. Понимаю — он был в ужасе от машины.
Я ПРОВЕЛ ВСЕ УТРО, совершая звонки и проверяя места, которыми занимался накануне. Элай позвонил около полудня и поинтересовался, не хочу ли я пообедать. На мой вопрос, где Ян, он ответил, что тот застрял в офисе с агентом УБН Корбином Стаффордом. По-видимому, они работали над чем-то вместе с Лорканом и объединенной оперативной группой, так что, возможно, намечается улучшение рабочих отношений. Быть может. Я не питал надежд. Хотя теперь, когда Яна повысили, возможно, появятся новые связи с УБН. Но работать с ним мне уже не доведется, и осознание этого печалило и радовало одновременно. Да, мы с Яном все равно были вместе и все еще оставались маршалами, но уже порознь. Для себя я решил, что работа в Детском отделе — лучший выход для меня. Но то, что мы с Яном больше не работали вместе, казалось непривычным и доставляло острую боль. Эта боль не поддавалась логике. Она просто была, и все тут. Потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть.
Я как раз направлялся в свой кабинет, когда Беккер остановил меня. Я повернулся к нему, и он указал на лифты, которые зазвенели как по сигналу.
— Ох, какого хрена, — пробормотал я себе под нос, увидев выходящую из лифта женщину в сопровождении шести мужчин в плащах.
Она остановилась передо мной как раз в тот момент, когда Элай незаметно подошел ко мне справа. Женщина раскрыла удостоверение, чтобы показать жетон ФБР, а выражение ее лица было одновременно и мрачным, и смиренным.
— Что произошло? — тяжело вздохнув, я с ужасом ожидал ответа, инстинктивно понимая, что ее визит сюда как-то связан с Хартли.
Агенты, сопровождающие ее, подошли вплотную, отделив нас с Элаем и Беккером от остальных сотрудников.