— Вивьен, со мной прогулка по лабиринту, покажется тебе мимолетным событием, клянусь что, не успев зайти, мы практически сразу же покинем пределы лабиринта. — Говоря все это, я уже затащила девушку в лабиринт.
— Элла, мы не взяли аварийные сигналки, — ужаснулась Вивьен. — Если мы заблудимся, то нас не найдут.
— Вивьен перестань паниковать, максимум через пятнадцать минут я выведу тебя отсюда. Я здесь все ходы и выходы знаю.
Несколько лет назад на дружеской вечеринке один из парней признался в том, что принимал участие в разработке лабиринта и, будучи уже навеселе, он открыл нам несколько секретов.
— На будущее Вивьен, если тебя вдруг сюда затащат, и ты потеряешься, запомни, что из любой точки этого лабиринта можно выбраться с закрытыми глазами, для этого всего лишь надо левой рукой вести по кустарнику и если он заворачивает, ты заворачиваешь вместе с ним.
— Ты серьезно? — Крепко удерживая руку Вивьен, я быстрым шагом шла по узкой тропинке, петляющей между растущими плотной стеной четырехметровыми кустарниками.
— А вот и первый поворот, — обрадовалась. — Теперь он нас здесь не найдет.
— Лишь бы нас потом отыскали. Элла ты же не держишься за кустарник, — в голосе девушки послышались панические нотки.
— Я знаю другой способ выбраться отсюда, но для этого надо хорошо здесь ориентироваться.
— Намек понят, молчу.
Помимо четырех выходов, из лабиринта, парень нам рассказал об одном, о котором не знал никто кроме проектировщиков. Было в лабиринте одно-единственное место, где кусты не желали срастаться между собой, данный факт списали на аномалию, потому что даже при помощи магии стянуть проход не удалось. Чтобы не переделывать весь комплекс на место дыры поставили дверь, которая на первый взгляд ничем не отличалась от растущего здесь кустарника.
— Пришли, — этим выходом я пользовалась лишь единожды.
— Шутишь или издеваешься? — Вивьен с ужасом оглядывала окружающий нас кустарник.
— Ни то, ни другое, подожди минутку, сама все увидишь. Сейчас только щеколду нащупаю.
За те несколько десятков секунд, что мне понадобились для открытия необычной двери, Вивьен начала паниковать, благо, что в голос не кричала, но зато на лице девушки явственно читался испуг.
— Пошли, — раздвинув в стороны искусственную листву, я протиснулась в образовавшийся проем, а следом за мной и Вивьен. — Подожди, мне надо закрыть дверь.
— Никогда бы не подумала, — девушка тяжело выдохнула, — в лабиринте и дверь.
— Так ее мало того что найти надо, а еще и ухитриться открыть, там тоже свои премудрости имеются. Не знаю, как ты, а лично я проголодалась. Давай пойдем куда-нибудь посидим, поедим?
— Согласна, во мне после стольких переживаний зверский аппетит проснулся.
Облюбовав одно из многочисленных кафе, мы с удовольствием съели по два горячих блюда.
— Вивьен, не сочти за наглость с моей стороны, но не могла бы ты дать мне адрес и номер телефона Рауля.
— Зачем? — напряглась девушка.
— Раз тебя он слушать не хочет, то возможно меня выслушает.
— Элла прошу тебя, не надо. Не надо пытаться обмануть судьбу, возможно, мне на роду написано быть матерью одиночкой.
— А я считаю, что надо попробовать изменить все в лучшую сторону. Хуже-то уже все равно не будет, а если нам повезет, то ребенок вместе с отцом расти будет.
— Элла, нет. И давай закроем эту тему.
— Как знаешь, но если передумаешь, мой номер у тебя теперь есть, так что звони по поводу и без всякого повода. — Мелодия, раздавшаяся из мобильника, заставила екнуть сердце. Феликс. Я про него совсем забыла. Мы с Вивьен около семи часов провели в парке и, окунувшись в проблемы девушки, я совершенно забыла о своих.
Поднеся телефон к уху, я уже готова была произнести слова извинения, но извиняться не пришлось. Я сразу же поняла, что Феликс разговаривает, только вот не со мной. Получалось, что он, набрав мой номер, намеренно хотел, чтобы я услышала чужой разговор.
— …И все же я считаю, что вы не имеете на это никакого права, — возмущался Феликс.
— Смею напомнить, что речь в первую очередь идет о безопасности, поэтому с сегодняшнего дня каждое слово, произнесенное в "Золотом драконе" будет известно нам.
— Поймите, если об этом станет известно, то пострадает моя репутация. — Феликс злился, я это отчетливо слышала по интонации его голоса.
— Что вы, никто ничего не узнает. Воспринимайте это как своеобразную проверку. Если за две недели прослушивания вас и ваших гостей у нас к вам не будет никаких претензий, то мы снимем, всю установленную нами сегодня аппаратуру.