— Нэйтон я вам благодарна за помощь.
— Элеонора, это не шутки вас могут убить, и ваша смерть будет на моей совести.
— Ваша совесть может спать спокойно. Как снять аппаратуру? — Нэйтон молчал, а я почувствовала, как внутри меня начинает клокотать раздражение. Кто он вообще такой, чтобы лезть ко мне со своими советами?
— Можете не отвечать, и без вас разберусь. Прощайте.
Нэйтон молчал, а ведь я до последнего надеялась на то, что в василиске проснется совесть, но я ошиблась, похоже, что у Нэйтона ее нет. К раздражению добавилась злость. Меня совершенно не прельщала перспектива постоянного прослушивания и тотального контроля. С той высокотехнологичной дрянью, которая весела у меня на шее необходимо было что-то сделать.
"А что если намочить эти штуки"? — пришла мне в голову мысль, как правило, техника боится воды.
Найдя решение проблемы, похвалила себя и даже мысленно ладони потерла, как же, я нашла способ переиграть василиска. Настроение заметно улучшилось, и я стала прикидывать, как мне встретиться с Теодором, и не только встретиться, а еще и разговорить его. А вот это вот действительно проблема, потому что Теодор, скорее всего на контакт со мной не пойдет. С какой стати ему перед первой встречной изливать душу? Он же не идиот своими же руками себе могилу рыть, а прижать его к стене не получится, потому что доказательств его вины у меня нет. Так что при самом лучшем раскладе, меня вышвырнут из клуба и больше туда никогда не пустят. Нэйтон прав, не стоит мне влезать в это дело, оно мне не по зубам, но с другой стороны, мне нужна сенсация, благодаря которой мы могли бы повысить рейтинг журнала, а значит, еще какое-то время продержаться на плаву. И так как с Мирославом пока у меня все неопределенно, сюжет с глюцирогеном мог бы с лихвой заменить статью о взяточничестве, а значит, придется рискнуть.
"Лаура, — позвала девушку мысленно. Мы уже ни один раз проверяли, если я мысленно обращалась к подруге, она меня слышала на любом расстоянии. — Нужны твои советы и помощь. Встретимся после обеда на нашем месте. Мне пока не звони, меня прослушивают, постараюсь в ближайшее время с этим разобраться. Позвони Герману, надо будет с ним вечером встретиться, мне на завтра понадобится его помощь. Все до встречи".
Все-таки как удобно вот так вот мысленно общаться, никто не подслушивает, никто ни о чем не догадывается, и если что, то никто ничего не докажет, жаль только, что я мыслей Лауры читать не умею, уж мы бы с ней вдоволь наговорились, и даже встречаться было бы необязательно.
Махнув рукой, остановила проезжающее мимо такси. Мне необходимо было как можно быстрее избавиться от двух маленьких черненьких штучек, которые повесил на меня Нэйтон.
Оказавшись дома, я первым делом отправилась в ванну. Намочив шею и ухо, намылила губку и попыталась при помощи нее избавиться от подарка василиска. Ухо горело, кожа на шее в том месте, где я ее терла, покраснела, а маленькие черные кружочки от меня так и не отлепились, но зато когда я их поливала водой, у них внутри что-то затрещало. Хотелось надеяться на то, что они сломались, но на всякий случай я покапала на аппаратуру спиртом, после чего залила ее маслом и поковырялась внутри каждого кружочка иголкой.
Сидя за столом и неспешно попивая энергетический напиток, задумалась о том, что если в ближайшее время мне не удастся избавиться от "подарка", то, как бы этого не хотелось, мне все же придется пожертвовать двумя малюсенькими кусочками кожи. А пока, я решила успокоиться. В том случае если аппаратура работает, Нэйтон услышав наш с Лаурой разговор, попытается меня остановить и если это произойдет, то я соскребу с себя эти штуки, чего бы мне это не стоило. Успокоившись, я переоделась, накрасилась и отправилась на встречу.
— Можешь ничего не говорить, я уже покопалась у тебя в голове и считаю это безумием.
— Герману звонила?
— Да он придет в кафе под открытым небом, то которое в центре.
— Отлично.
— Элеонора, ты сошла с ума. Оставь это профессионалам.
— Мне нужна сенсационная статья.
— Тебя могут убить, ты это понимаешь?
— Понимаю и буду предельно осторожна.
— Я отказываюсь принимать в этом участие, — взирая на меня, Лаура переплела на груди руки.
— Я тебя и не заставляю. — Устав стоять, опустилась в кресло.
— Элеонора, умоляю тебя, откажись от этой затеи, — попыталась вразумить меня подруга.
— Я все продумала, если Теодор не заглотнет наживку, клянусь, что я оставлю эту затею.
— А если он поведется, то он тебя в живых не оставит, потому что таким как Теодор, свидетели не нужны. — Лаура села в кресло напротив меня. — Элла не хочешь думать о себе, подумай о нас. Если с тобой что-то случится, я же себе этого никогда не прощу, да и Феликс будет постоянно грызть меня, и я промолчу о том, как мне смотреть в глаза твоей матери.