— Не вижу причин, по которым я должен был остаться. Хотя… Винсент (как ты его называешь) предлагал мне присоединиться к нему. Считаешь, мне надо было согласиться?
— Нет! Конечно, нет! — быстро ответила я. — Я только… я не могу поверить, что Винсент до такой степени стал законченной тварью, что мог предложить тебе изнасиловать Николь вдвоём! Но, речь сейчас не о нём, а о тебе. Что было бы, если бы Николь не спасли?! Ты не думал об этом?!
— Нет, не думал. Я не понимаю, Милена. Ты что, пытаешься достучаться до моей совести? Могу тебя заверить — это бесполезно. Для меня люди, всего лишь, глупые существа, погрязшие в своих страстях. Я не испытываю к ним ни жалости, ни сострадания. Если кто-то хочет их использовать для развлечения, то кто я такой, чтобы мешать? Прости, Милена, но я просто не понимаю, почему ты злишься.
— Можно тебя спросить? Ты часто общаешься с людьми?
— Последние две тысячи лет я не покидал мира демонов.
— Оно и видно. Теперь понятно, почему ты ни черта не понимаешь, — вздохнула я. — Две тысячи лет никуда не выходить… это большой срок. Делаем вывод. Тебе всё равно, даже когда у тебя на глазах насилуют беззащитную девушку. Но, вместе с этим, ты вылечил мою, не такую уж серьёзную, рану. В чём разница между мной и Николь?
— Например, в том, что ты — не человек.
— Ты знаешь о моём происхождении? — удивилась я.
— Знаю. Тебя это так удивляет?
— Ты ещё спрашиваешь?! Я сама узнала об этом совсем недавно, а ты говоришь так, как будто это само собой разумеющееся! В общем, мы отвлеклись от того, с чего начали. Николь мне рассказала, что когда ты говорил с Винсентом, разговор был обо мне. Ты ещё возмущался по поводу того, что Винсент заставляет тебя не только от опасности меня защищать, но… и от интимной близости с мужчинами. Так, это означает, что это Винсент был тем, по приказу которого ты ходишь за мной?
— Если — да, то, что это меняет?
— Почему? Почему Винсент защищает меня? И как он мог тебе что-то приказывать? Ты же падший ангел, а Винсент — человек! Или вы заключили договор, по которому ты получишь душу Винсента, а ты вынужден слушаться его приказов?
— Нет. Никакой договор я с ним не заключал. Тем более, если бы у этого парня и была бы душа, то на эту чёрную гнилую субстанцию ни один самый низший демон не польстился бы.
— Что значит «если бы была»? — внутри меня всё похолодело в ожидании ответа.
— Нет у твоего Винсента души. Нет и никогда не было.
— Я не понимаю, что ты этим хочешь сказать! Почему у Винсента нет души?!
— Если тебе это так интересно, то спроси у самого Винсента, — ответил Анхель. — А теперь, извини, но мне пора.
— Спасибо за то, что руку вылечил, — не стала дальше допытываться я (каким-то шестым чувством ощущала, что, всё равно, не ответит).
Анхель в ответ только кивнул и исчез.
========== Глава 44 ==========
«Я уже начинаю привыкать к тому, что мои знакомые просто берут и растворяются в воздухе, — подумала я после исчезновения Анхеля. — Но, насчёт Винсента… Чем больше я о нём узнаю, тем меньше понимаю, что происходит. У Винсента нет души? Но, это же невозможно! А если предположить, что и нет, то почему тогда Анхель подчиняется ему?».
За всеми этими размышлениями я и не заметила, как забрела в такие дебри, где никогда раньше не была. В результате моих попыток вернуться назад, я вышла к небольшому озерцу, на берегу которого играла девочка с мячом, лет девяти. Худенькая и изящная, с чёрными волнистыми волосами, она была похожа скорее на ожившую фарфоровую куклу.
«Откуда здесь ребёнок? — удивилась я. — В „Шисуну“ принимают с пятнадцати лет, не раньше».
— Эй, девочка! — окликнула я её. — Ты что здесь делаешь? Детям здесь быть нельзя.
— У меня в этой школе старший брат учится, — ответила девочка. — Поэтому мне разрешили играть здесь. Меня зовут Альма. А тебя?
— Милена. А тебе не скучно играть здесь совсем одной?
— Нет, не скучно. Но, если ты поиграешь со мной, то я буду очень рада.
Я никогда особо не любила детей, но эта девочка мне понравилась. Было в ней что-то такое, что располагало к себе. Может, всё дело в её детской доверчивости, с которой она незнакомой девушке назвала своё имя и предложила поиграть. А может дело в том, что я устала от того, что мне лгут, недоговаривают… А дети… они, обычно, по своей сути, честны.
— Ладно, давай поиграем, — согласилась я. — Только не долго.
Альма радостно улыбнулась и кинула мне мяч.
Я никогда не думала, что с таким увлечением буду играть с ребёнком. Всё напряжение, что я испытывала в последнее время, куда-то ушло. Мне просто было весело носиться по всему парку, ловить этот мяч… В общем, я окончательно впала в детство. Я и не заметила, как стемнело.
— А ведь темно уже, — сказала я. — Тебе не пора?
— Пора, — вздохнула Альма. — Хоть, и не хочется. Как-нибудь ещё поиграем?
— Конечно. Ты часто бываешь у своего брата?
— Когда в школу хожу, то только в выходные. Но, сейчас каникулы и я бываю здесь чаще.
— А как зовут твоего брата? Может, я его знаю.
— Найджел, — назвала Альма. — Он учится на втором курсе. Он эмпат — чувствует эмоции окружающих людей.
— Мм… нет, не знаю никого с таким именем. Я тут, вообще, ещё мало, кого знаю. Поступила совсем недавно и в учебное время не попала.
— Я могла бы познакомить тебя с братом, но ему сейчас совершенно некогда. Мама сказала, что он не сдал экзамены и каникул у него теперь не будет, — объяснила девочка.
— Значит, твой братик грызёт гранит науки, — усмехнулась я. — Ну, как-нибудь в другой раз познакомимся. Пошли, провожу тебя до общежития. Сама туда же иду.
Честно говоря, кто кого провожал — это ещё вопрос, так как Альма знала дорогу куда лучше меня и быстро вывела нас из парка. Мы с ней расстались в здании. Я обещала её найти как-нибудь в парке и снова с ней поиграть. На этом мы и разошлись.
Подходя к комнате, я начала чувствовать раздражение Кая.
«Блин, я же ему сказала, что только к Лексу и Лави схожу, а сама ушла на целый день! Неудивительно, что он раздражён».
— Кай, я вернулась, — аккуратно, как нашкодившая кошка, заглянула я в комнату.
— И полгода не прошло, — ехидно ответил Кай. — Рассказывай, где ты была?!
— В парке в мяч играла, — призналась я.
— Что ты делала?
— В мяч играла с маленькой девочкой. Она сестра кого-то из учеников. Я сама не знала, что меня это так увлечёт — игра с ребёнком.
— Ты у меня сама, как ребёнок, — вздохнул парень. — Нашла, чем заняться. Ты, хоть, с Лексом своим разговаривала или сразу умотала в мячик играть?
— Разговаривала. И что такого в том, что я играла с ребёнком? — обиженно насупилась я.
— Ладно, извини. Но, в следующий раз предупреждай, если куда-то надолго уходишь.
— Да я и сама не знала, что так выйдет. Зато, я от Николь узнала много интересного.
— От Николь? Ты же к Мейснеру и Лейк ходила.
— Николь к Лави заходила. Она нам рассказала, где она была.
— И где же была твоя подружка? — поинтересовался Кай.
— Не поверишь. У Винсента она была.
— У Ванхама?!
— Ага. И вот, что она мне рассказала…
Через двадцать минут я всё рассказала. О том, где была Николь, что с ней было и что она слышала. А также о том, кто её спас. Пришлось рассказать и о разговоре с Анхелем и визите Рейфа. О том, как я сглупила, намереваясь отвязаться от гипнотизёра, а в результате сделала только хуже.