9Дан прошагал по гостиной, пытаясь побороть гул в ушах. Дверь за спиной хлопнула, и ноги понесли прочь из тени старого особняка. Секунда-две – уже у мэрии! Время снова сожрано невидимыми монстрами.
Пришлось пройти проверку. Его спросили, кто он и вынудили предъявить личную карту. Затем уточнили причину его прихода, и только после пустили в зал.
Пока искал брата, 9Дан наткнулся на огромное количество бесполезных. Они плакали, сидели смиренно или пели гимн Механизму.
Темнушка забился в углу.
– Пошли! – схватил его за руку 9Дан.
– Куда? – воспротивился он.
Юный господин заметил, что слишком сильно сдавил его запястье, потому разжал пальцы и просто сел рядом.
– Что мне тогда делать?
Они замолчали.
9Дан наблюдал за людьми, пока Темнушка улыбался своим мыслям. Сильнее других его внимание привлекла женщина с ребенком. Она громко вопила, чем собрала вокруг себя уже несколько сжалившихся человек.
– Ох, мой маленький! Только родился и уже никому не нужен!
– Что стряслось? – подошел он.
– Мой ребенок бесполезен, – пожаловалась она. – Я уговорила ту девушку взять его завтра с собой, ведь мне не позволено покидать Механизм.
Тут-то 9Дан и посетила идея.
– Отдайте его талончик мне!
– Что? – выпучила она глаза.
– Отдайте его мне!
– Ты ведь 9Дан? Который Впрок? Я не могу! Ты сам не понимаешь, чего просишь! Нас предупреждали! Ты важен для Механизма, юный господин! Не толкай меня на преступление! Если ты сейчас же не отойдешь, я вызову охрану и доложу на тебя! Охрана!
9Дан метнулся назад и запнулся о парня, сидевшего у стены.
– Смотри куда прешь! – прохрипел он.
9Дан сперва испугался. Показалось, что он сам себя ругает. Та же прическа, та же аккуратность в одежде. Желание походить на успешных людей не исчезло и перед лицом смерти.
Увидев свою копию, Впрок затрясся. Невероятно! Все они исчезнут... и он тоже, если ничего не сделает! Если вот так просто смириться, то получается, Трамиш и Ги зря проделали этот путь. Зря оказались за стенами города.
Он бросился на улицу, даже не попрощавшись с Темнушкой. Его тело стало ватным. Мир перестал быть осознанным, просто свет и тень. Дорога. Лица. Слепящие лучи солнца. Биение сердца. Листы в руках.
– Вы все умрете! – услышал он свой голос, но не чувствовал, что губы шевелятся. – Если ничего не сделаете, вам конец! Посмотрите! Здесь может быть что-то полезное!
Лиц все больше. Жужжат. Гудят. Окружают. Жалеющие взгляды.
– Бедненький! Видать совсем туго!
– Вы не понимаете! – говорит кто-то его голосом. – Вы же умрете!
– Да с чего это вдруг? – раздается смешок. – Мэр говорит, все налаживается!
– Не вдруг! – отзывается он. – И плохо все!
– Прекращай, – шепчут весельчаку. – Чего раззадорил? Не видишь что ли? Совсем юный господин плох! Только глянь на его глаза. Зовите госпожу Впрок! А его хватайте! Хватайте, пока себе чего дурного не сделал!
Вроде хватают руки, а вроде и не его. Вот вырывается, но всем не он. Чертежи летят во все стороны. Вокруг лица сплошь. Одни кричат, другие шепотом просят Механизм смилостивиться. И вдруг тишина.
– Я оставлю еду здесь.
9Дан посмотрел на мать, но не сразу понял, что она сказала.
Как получилось, что всего секунду назад он был на улице, а теперь сидел на кровати в своей комнате?
– Который час?
– Пришел в себя? – обрадовалась Кралия. – Обед сейчас.
– Обед чего? Темнушка еще здесь?
– Да, но ты к нему не пойдешь, – приказала она, увидев, как 9Дан вскочил с кровати. – Последняя ваша встреча тебя совсем выбила из колеи.
– Пойду!
– Нет!
– Тогда что мне делать? – 9Дан присел на кровать. – Что?
– Успокоиться перво-наперво! У нас и здесь назрело достаточно проблем. По крайней мере, хорошо, что Гнуш окочурился! Не беспокойся! Эта Добрянка еще поплатится за то, что твое место заняла! Нахалка...