В извещении стояло предупреждение: если работник придет в несоответствующем виде или состоянии, его немедленно заключат под стражу за неуважение к Механизму. Все прекрасно знали, что «под стражей» подразумевалась тюрьма, а из тюрьмы никто и никогда не возвращался. И если Трамиш не явится или не понравится Хрюшику, пиши-пропало.
Извещения не посылались абы кому и просто так, всегда была причина. Причиной этого извещения был как раз внешний вид. Пусть он и обычный стажер, но выглядеть слишком вызывающе. Он должен был измениться, как того требовали правила дворца: никакой вызывающей одежды, никаких отличительных черт, которые могли бы отвлекать других работников. Если от нарушающей закон внешности нельзя избавиться, ее необходимо спрятать.
Мать приказала Трамишу перекраситься, но быстро раздобыть удалось только черную краску. С глазами пришлось повозиться. Не выкалывать же их!
Сам он сперва собирался отказаться от места во дворце, но затем одумался. Во-первых, пока он там работал, его жизнь определенно чего-то стоила. Во-вторых, теперь ему нужно было больше средств, ведь он стал главным кормильцем семьи. Мать на заводе получала не так уж и много.
Он пошел в отдел кадров, где ему снова подсунули бумажку, точно такой же договор, что предлагал мэр, вынудили согласиться со всеми пунктами и подписаться под ними.
– Чем меньше сопротивление, тем легче путь, правда ведь? Господин Морок просил передать, – добил Хрюшик, – что очень переживает за вас. Он спрашивал, не в курсе ли я, как поживает ваша матушка. Я ответил, что подобные знания не входят в мои обязанности. Ответ его не устроил. Он просил уточнить у вас и заодно передать от него привет. Вы дружите с мэром, юный Трамиш? Что ж, в вашем случае это вполне естественно. И очень даже похвально. Не стоит нам пересекаться по иным причинам. Не стоит.
– Какие иные причины? – спросил Трамиш и тут же пожалел.
– Тебе нужно держаться за своё место зубами и ногтями, – Хрюшик откинулся на спинку кресла. Тон его стал пренебрежительным. Так он показал собеседнику, что тоже имеет некоторую власть. Любезности закончились. – Здесь у нас, как говорится, элита. А ты... ты же прекрасно знаешь, кто ты. Ты не человек, ты отклонение. Порча генофонда, – сама мысль о Трамише была ему омерзительна. Он насупился, словно учуял отвратный запашок. – Если бы не мэр, глаза бы мои тебя не видели.
С тех самых пор Трамиш сидел в своей норе и пытался не высовываться.
Смена закончилась. Подвальщик шагал с работы, когда его выловил Ги.
– Триожка просила передать, что операция началась, – закричал он во всю глотку.
– Все-таки решилась.
Эта девушка шанса не упустит. Трамиш смекнул что к чему, когда случилась их первая личная встреча у входа в его собственный дом. Триожка поджидала его, нервно теребя полу свитера. Она подгадала правильный момент. Был как раз тот злосчастный день, когда подвальщика вызвали в отдел персонала. Она с горячностью заверила, что знает обо всем, что произошло. И еще знает, что Трамиш точно так же, как и она, видит, что из себя представляет правительство. Вот только в одиночку никто из них не справится с грозной силой властолюбивых людей. И что-то там ещё. Он был слишком подавлен, чтобы вслушиваться в ее слова, но сейчас сильно сожалел, что кивал на каждую вопросительную интонацию.
– Что за операция такая? – заюлил вокруг него Ги. – Можно я тоже поучаствую? Ну, пожалуйста! А?
– Как-нибудь потом, – отшил его подвальщик. – Займись-ка лучше своими делами! Как там у тебя с проектом?
– Это я у тебя хотел спросить, – прищурился он.
Трамиш успешно подавил смешок и потрепал Ги по грязным волосам.
– А это что? Часы? Украл что ли, бестолочь? Не свети ими! Спрячь!
О проблемах и их решении
Море
Море немного удивлена тем, как в последнее время спокоен Буяка. Впервые за их знакомство, он не напрашивается на драку и не устраивает полный бедлам. По загону не разносится его завываний. Все вещи в целости и сохранности. Он даже не малюет ереси, рядом с которой порой проходить стыдно. Грозный взгляд не цепляется за бедолаг, осмелившихся перейти ему дорогу, а ноги не топают, словно он нацепил те вторые стопы, что носят оборотни. А ведь босиком ходит. Он по-прежнему достает Умненка, но не так часто, как всегда. Уж не готовится ли он к масштабной бойне! Последняя случилась, когда Море только появилась здесь. Буяка тогда показал свою силу, и его до сих пор боятся.