– Почему ты печешься об Умненке? – удивляется 9Дан.
– Почему ты беспокоишься за Темнушку? Или Ги?
– Потому что Темнушка носит ту же фамилию, что и я. Натвори он бед, расхлебывать всему семейству, – отвечает 9Дан. – А за Ги я ничуть не переживаю! С чего ты взяла?
– В последнее время ты постоянно на него косишься. Словно выжидаешь момента, чтобы напасть.
– Так заметно?
– Что-то плохое стряслось? Или только должно случиться? Он в опасности?
– Не знаю. Просто кажется, что он мне многого недоговаривает.
– Почему же тогда не спросишь?
– Боюсь, что не поверю, даже если он скажет правду.
– Ты сомневаешься в нем, но считаешь, что я не могу сомневаться в тебе?
– Я обещаю, что никогда не причиню вам зла, – утверждает 9Дан и бледнеет.
Сам струхнул от своего вранья! Буяка корчит рожицу и сплевывает.
– А я тебе не верю, – с улыбкой говорит она. Они замедляются, и Море вылавливает из кармана его пиджака нож. – Зачаровываешь словами, а сам в любую секунду удар готовишься нанести?
– Нет! Вовсе нет! В первую нашу встречу ты чуть глотку мне не вырвала. Я просто... должен защититься, если что-то пойдет не так. Вы сильные, вы деретесь наверно с младенчества. У меня таких навыков нет, но жить мне хочется не меньше вашего.
– И что же? – приближает к его лицу свое, отчего дикий взгляд жжет похлеще огня. – Думаешь, если захочу оторвать голову, вот это, – приподнимает нож и откидывает подальше, – тебя спасет? Единственное, что нас объединяет – обреченность, – отступает. – Мы заперты, как и вы, и никуда не денемся, так что неважно, чем мы занимаемся, когда не здесь, когда ты нас не видишь. Тебе от этого хуже не будет.
9Дан умолкает. Вожак же вдохновляется словами Моря. Он-то знает про выход наружу. Он-то с радостью проверит, насколько лживы слова оборотней! Нет способа сбежать отсюда? Ха!
Буяка выволакивает Ги из пшеницы, хотя тот брыкается и хочет продолжить прятки с Темнушкой, тащит его на второй уровень. К заветной двери. Вожак весь горит от поразившей его мысли. Ему не терпится выбраться на свободу. Настоящую, не ту, что им предлагают чужаки.
Ги мнется у замка. Буяка долго не спрашивал у него ключа. После разговора о том, что в мире за стеной его ждет только смерть, вожак приутих. Сейчас же глаза его горят огнем "всеможности" с новой силой.
– Нет с собой что ли? – чешет затылок Буяка.
– С собой, – вытирает сопливый нос Ги, – но вдруг ты умрешь?
– Ну и что? – он аж приплясывает от нетерпения. – Неужто оставаться здесь и жить с вечным: "А что если...?" Ну же!
Ги неспешно достает кругляшку из кармана и смотрит на нее во все глаза, словно в первый раз видит. Буяка выхватывает ключ. Хрена с два теперь этот дурачок получит монетку назад!
– Я точно знаю, что погибну, если выйду наружу, – говорит Ги, – а вот насчет тебя не уверен. Что с тобой будет? Как ты себя почувствуешь? Если выживешь, вернешься? Если будешь умирать, дашь знать? Чтобы не думалось...
– Если я умру, то фигушки вернусь, – отвечает Буяка. – Не увидите вы меня слабаком никогда! Если останусь живым и здоровым, приду за своими! Не боишься?
– Скорее заинтригован.
– Не сомневайся! Я согласен быть твоим экспромтом... или как вы это называете?
– Эксперигентом, – хихикает Ги. – Тоже иногда путаюсь!
Буяка тормошит ему волосы и отвешивает прощальный подзатыльник, а затем бросает монетку в отверстие. Она с грохотом катится по дорожке, выгравированной тютелька в тютельку под нее. Все эти узоры по обе стороны помогают монетке двигаться дальше и удерживаться на траектории. Кропотливая работа. И красивая.
Двери открываются. Буяка неловко шагает в узкий коридорчик и видит перед собой вторую дверь.