Андрей же продолжал шаг. Медленно. Незаметно. Не впереди, не позади. Он стал тенью среди других теней. Он знал, что теперь начнётся настоящий вход. И всё зависело от того, как он сыграет свою роль. А караван, глухо покатываясь на скрипящих осях, медленно и очень аккуратно подползал к вратам. Чьи массивные створки, выточенные будто из куска цельного чёрного камня, были приоткрыты ровно настолько, чтобы пропустить повозку за повозкой. Возле ворот стояли трое стражников – высоких, массивных, в сегментированных доспехах из серой кости и чёрного металла. На их масках отсутствовали прорези для глаз. Вместо них у него можно было заметить гладкие овальные пластины, словно затянутые дымчатым стеклом. Между ними возвышался демон-маг, чья чёрно-синяя мантия была украшена лиловыми плетениями, постоянно пульсирующими в такт сердцебиению самой магии. Он стоял, не шелохнувшись, пока первая повозка не въехала в арку.
И тогда его рука медленно поднялась, пальцы сложились в особый жест, и воздух над дорогой завибрировал. Андрей чётко ощутил знакомое давление. Это было поисковое плетение, достаточно мощное и чёткое. Оно медленно расплывалось, как круги по воде, скользя по повозке, по грузу, по телу ящера, запряжённого в упряжь. Обходя каждую мельчайшую деталь, оно собирало данные и возвращалось обратно к магу, который, кажется, даже не дышал.
– Чисто. – Раздался глухой, как будто приглушённый изнутри голос из-под его маски. Только тогда к повозке подошли два стражника. Один обошёл её по кругу, ощупывая края, другой заглядывал внутрь, прощупывал поклажу, нюхал, щёлкал когтями по ящикам, выискивая что-то, что подскажет – внутри нечто, не предназначенное для глаз тех, кто следит за порядком. Андрей молча наблюдал.
Сейчас парень стоял в самом хвосте. Почти с краю, отступив чуть в сторону, в тени. Его фигура, закутанная в тёмный плащ с глубоко надвинутым капюшоном, сливалась с остальными странниками, которых набралось с караваном – пара наёмников, пара торговцев, один пожилой демон с тросточкой. Он не рвался вперёд. Он не оглядывался лишний раз. Он знал, что слишком резкое движение, лишний взгляд, аура страха или возбуждения, и поисковое плетение уцепится за него. Так что он стоял как призрак, как часть фона. И когда одна из повозок начала приближаться к арке, он чуть повернул голову, и тихо хмыкнул. Едва слышно, для самого себя.
“Они ищут плетения… А не формы. Значит, визуальный осмотр – лишь дополнение.” – Рука парня машинально скользнула к поясу. Там, в скрытом кармане, лежали кольцо и браслет, два из тех самых нефритовых хранилища, в которых, если судить по энергетическому следу, можно было спрятать немало – вплоть до живой сущности. Оба предмета были намеренно им заранее обессилены, очищены от любых активных следов магии. А вместо этого их оболочка была покрыта пыльной, рассеянной аурой, ничем не отличающейся от дешёвых побрякушек, что носят полуграмотные торговцы или шаманы-ремесленники.
Словно в ответ на собственное хмыканье, он показательно поворошил кожаную сумку на плече. Та висела тяжело, грубо, с запылёнными пряжками и потертым клапаном. Внутри – лишь пару тряпиц, пара случайных предметов, и кусок старого свитка, сделанный специально, чтобы при проверке казалось, будто это память об умершем родственнике. Кому в голову придёт проверять такое?
“Если спросят – скажу, иду в город искать работу. Скиталец. Клейма нет, к каким-то кланам или сектам я не принадлежу. Сам по себе…”
Очередной воз проехал арку… Ещё один… И вот уже до него остаётся всего три воза. И группа разумных. Поисковое плетение, как чёрная медуза из света, снова выскальзывает из пальцев демона-мага. Оно плывёт в воздухе, как туманное кольцо, скользит по воздуху, ощущая следы эманаций. Андрей чувствует, как его касается едва различимое дрожание, словно бы кто-то прошёл по коже лезвием, но без боли. Он остается недвижим, дыхание ровное, глаза опущены.
– Пока работает. – Еле слышно прошептал он себе, не шевеля губами. Ещё один воз – пропущен. Следующий – задержан. Один из стражников что-то унюхал, и в глубине повозки завязалась короткая ругань, но маг отмахнулся. Видимо там особой опасности для них и города не было. Скорее всего, хозяева этого воза просто приторговывали чем-то, что лежит именно на самой грани разрешённого.