Глубоким вечером, переходящим в полночь, «разбор полетов» продолжился в кабинете Льва. «Все те же, все там же», усмехнулся генерал, подразумевая, что офицеры и сержанты пришли в неизменном камуфляже. Ну и то, что новых лиц на форпосте уже полгода не появлялось. Дождавшись, пока пришедшие рассядутся вдоль стола, генерал предложил еще раз обобщить информацию о нападении тварей.
Каждый высказал, что видел, слышал, и общая картинка более-менее сложилась. Конечно, когда Спартак очнется и расскажет, все станет предельно ясно, но и без этого информации хватало с лихвой для безрадостных выводов.
— Полгода обучения тварям под хвост, — почти шипел Лев. — Вроде сейчас даже в детских садах рассказывают кто такие твари и кто такие зараженные! Как можно было подпустить их к воротам? Не надо отвечать, вопрос риторический! Сам знаю! Но все же как?!
Присутствующие сержанты и офицеры, то есть практически половина оставшегося гарнизона, разглядывали потолок кабинета, серый и неизменный. Лев вздохнул и провел рукой по лысине, успокаиваясь.
— Будем считать это уроком. Кровавым и жестоким уроком. Надеюсь, никто носы не повесил?
— Готовы рвать тварей зубами. Четыре сотни легло, отличный результат, — высказался Дюша. — Хотя оборону на таком форпосте держать практически невозможно.
— Это верно Дюша сказал, — поддержали вразнобой присутствующие. — Без стен невозможно!
Дальше каждый начал предлагать свой вариант решения проблемы, стараясь перекричать соседей. Буквально через минуту Льву пришлось со всей силы постучать по столу, дабы прервать крики. И потом приходилось еще не раз хлопать ладонью о столешницу, прерывая слишком горячие выкрики. Также неоднократно Лев напоминал собравшимся, что вести себя надо как культурные сержанты и офицеры.
Генералу довольно быстро удалось загнать спор в нормальные рамки. То есть за оружие не хвататься, с места не кричать, собеседников не перебивать и званиями не козырять. Лев отдельно заострил внимание на том, что в диверсионных вылазках каждому придется принимать самостоятельные решения, и делать это быстро. Какие же могут быть быстрые решения, если все время ожидать приказа командира? Тут генерал развел руками, мол, давайте, самостоятельно выскажитесь, с чувством, толком, расстановкой и обоснованием.
Отдышавшись, спорщики установили порядок.
Все, как завещали Прежние: в порядке возрастания звания и заслуг.
Дюша немедленно перешел в атаку (нимало не смущаясь тем, что ему стоило бы выступать последним из сержантов) и предложил переехать вниз, в развалины Алма-Аты. Сержант был не особо убедителен, и все его доводы сводились к тому, что, во-первых, в горах холодно, а на равнине жарко. А во-вторых, тренироваться в развалинах можно с таким же успехом, даже лучше чем в горах. Сам форпост, по мнению Дюши, следовало заминировать, и уносить ноги, пока твари не прихлопнули всех одним ударом.
— А в развалинах этого не получится? — неожиданно заинтересовался Лев.
— В целом, считаю, что нет! — воодушевился сержант. — Они ж старые, развалины то! Полезут твари, каааак все рухнет! Незаметно не подберутся. И нам сигнализация не нужна будет. Главное исходный лагерь в безопасном месте поставить. Акклиматизация? Да, бесспорно — непрерывное сидение на высоте дает нам всем плюс в выносливости, привычка к меньшему объему кислорода и все такое. Но, извините, с таким же успехом, можно из развалин бегать в горы. Патрулирование. Выходы на вершины. Точно такая же тренировка.
— Резонно, — кивнул Лев. Почесал лысину и добавил. — Но не годится.
После чего генерал был вынужден прочитать получасовую лекцию о бюрократии. Сержанты и офицеры слушали с неподдельным интересом: зверь по имени бюрократия был им знаком, но смутно. Вся мощь повелителей бумаги и подписей как-то прошла мимо, и теперь, раскрыв рты, они внимали Льву.
— Сейчас все бумаги на форпост в порядке, — рассказывал генерал. — Ну, насколько это возможно в наших скудных условиях. Однако если переезжать вниз, в развалины, то сразу первые несколько месяцев можно отводить на бюрократическую писанину. Бессмысленную и беспощадную. Всего лишь затем, чтобы оправдать то, что мы еще не сделаем к тому моменту. То есть, с бюрократическо-бумажной точки зрения проще не переезжать и оставаться на месте. Это раз. Есть еще и два. На новом месте никто нам реактора не даст, например. И складов под продовольствие. И крепких стен. Всё, буквально всё придется делать с нуля. И, так как мы — тренировочный лагерь, строительную технику и материалы придется добывать самим. То есть, вместо нормальных тренировок, обороны и убийства тварей, при переезде мы будем заниматься бумажками, беготней по складам и прочими скучным и не слишком полезными вещами. Соответственно, проще починить кусок стены и достать пару пулеметов, чем ехать непонятно куда, непонятно зачем, да еще и писать по этому поводу целую кучу бумаг.