Фейли наклонилась и положила ладонь ему на щёку.
— Я уже говорила, что настало время отсюда уехать.
— Подожди… что? — Рейз сел и нахмурился, увидев вокруг своей лодыжки какую-то толстую скобу, которая мощной цепью соединялась с чем-то на вид явно очень твёрдым.
Внезапно Фейли вскочила на ноги, как кошка приземлилась на пол и начала пятиться к двери. Рейза посетило тёмное, ужасное подозрение, и он натянул цепь. Как и ожидалось, она оказалась обёрнутой вокруг ярко-синего столбика у ванной комнаты.
— Фейли, какого чёрта здесь происходит? — прорычал Рейз. — Скажи мне. Чёрт возьми. Прямо. Сейчас.
— Я тебе уже говорила, — дрожь в её голосе дала Рейзу надежду, что Фейли не так решительно настроена следовать выбранному курсу. — Я ухожу.
— И посчитала, что для того, чтобы мне об этом сообщить, необходимо меня приковать?
Фейли нервно прикусила нижнюю губу, а затем спросила:
— Ты поедешь со мной?
— Фейли, давай просто поговорим. Отпусти меня, и мы найдём выход из сложившейся ситуации.
Она беспокойно откинула волосы от лица.
— "Жажда" уничтожена. В ЦБП и без тебя отлично справятся. Я освобожу тебя, если ты поедешь со мной. Соглашайся. Мы можем отправиться туда, куда ты захочешь.
— Ты меня шантажируешь? — Гнев — свежий и жгучий — накрыл Рейза с головой. — Делай то, что хочу я или умри? — Он дёрнул цепь. — Ладно. Я еду с тобой. — Он лгал, но сейчас сказал бы что угодно, лишь бы Фейли его освободила.
— Прости, Рейз, но я тебе не верю, — прошептала она.
Да чтоб её!
— Почему ты так со мной поступаешь? — крикнул Рейз. — После всего, через что мы вместе прошли?
Фейли грустно улыбнулась.
— Рейз, я же демон.
— Как и я, но не приковываю людей ни к каким грёбанным столбам!
— Ты же прекрасно знаешь, что некоторые из нас больше демоны, чем остальные, — в её голосе слышался эмоциональный надрыв, а глаза наполнились слезами. Отлично. По крайней мере, она чувствовала себя плохо из-за того, что делала с ним. — Я люблю тебя, но мне нужно уехать.
— Разве это любовь? — Рейз снова дёрнул цепи. — Не делай этого. Пожалуйста.
— Мне приходится. Кто-то меня выследил. — Фейли подняла его телефон. — Но не беспокойся, я уже отправила сообщение твоему любовничку, чтобы он тебя спас.
— Любовничку?
Фейли закатила глаза.
— Слейку. Спроси у него почему я вынуждена уехать. И не говори, что уже его забыл. Ты стонал его имя, пока я сосала твой член.
— Отпусти меня! — взревел Рейз, всем телом подпрыгивая на матрасе. — Фейли, чёрт тебя дери, ты не можешь меня так оставить!
Она очень осторожно положила ключи и телефон на полку у двери за пределами досягаемости Рейза.
— Я чувствую твою потребность. Если он за тобой не придёт, я, во избежание твоей смерти, позвоню в больницу.
— Утешила, — рыкнул Рейз.
— Прости.
Рейз с рёвом соскочил с постели, цепи натянулись, боль пронзила ногу и он с глухим ударом приземлился на бетонном полу. Когда инкуб яростно вскочил на ноги, Фейли рванула прочь из квартиры, и через несколько секунд Рейз услышал, как хлопнула входная дверь.
Рейз остался один, и если в ближайшие двенадцать-шестнадцать часов Слейк не появится, то у инкуба большие неприятности.
Все, кто хорошо знал Слейка, сейчас бы посмеялись над Рейзом, а отсмеявшись — убили за такую его наивность.
Стоя у самого нового офисного здания "Дир & Дайр" в Токио, Слейк пялился на стеклянные двери и гадал, действительно ли он должен это сделать? Должен ли он позволить зародившимся чувствам к Рейзу повлиять на его задание?
Нет, он знал, что не должен. Но впервые за всю жизнь Слейка пожирало чувство вины. Вот только дело в том, что с этим чувством он мог справиться — умел игнорировать и выполнять свою работу, — но не мог справиться с вгрызающимся до кости ощущением, что Рейз особенный, и если Слейк не разовьёт с ним отношения, то будет жалеть об этом до конца своих дней.
И жизнь его может оказаться довольно короткой, если он поделится своими размышлениями с Дайром.
Слейк снова взглянул на двери, наблюдая, как демон в обличье чернокожей женщины средних лет выбежала из здания так, будто за ней гнались монстры. Из носа текла кровь, по щекам катились слёзы, и страх исходил от неё горькими, едкими волнами, щекоча ноздри Слейка.
Если Слейк правильно помнил, она была из тридцати с чем-то служащих "Дир & Дайр" в Токио.
Должно быть у босса довольно плохой день.
Сделав глубокий вдох, Слейк вошёл в здание, и в тот момент, когда двери закрылись, все шумы города стихли. Вместо них его слух наполнила ужасная мелодия "Это маленький мир", которая играла в вестибюле беспрерывно — Слейк это знал, потому что за годы работы в "Дир & Дайр" он ни разу не слышал другую мелодию.