не расслышал? – спросил второй голос. - Жертву просит ему найти, нашел время. Сам скоро к Одину отправится, там свое почтение и выразит. – ответил ему первый. - Да подожди ты, мне конунг рассказывал, что жрец этот Хель поклоняется! А вдруг знает, что надо делать? Давай, приведи его в сознание, пусть объяснит. – распорядился второй. Я почувствовал растекающееся по телу тепло, от груди к конечностям. Боль в руке усилилась, но зато появились силы открыть глаза. Человек сидящий передо мной, похлопал по щекам, комментируя: - Во, открыл глаза. Но смотри, на долго не хватит. Я ему все процессы в организме ускорил. Сейчас порченая кровь разносится быстрее. Еще немного, и руку отрезать уже смысла нет! – ага, это первый голос, видимо лекарь. В темноте разглядел второго человека, стоящего подле, скрестив руки на груди – Герхард, командующий нашим походом. - Я излечусь, должен, - голос стал громче. Поперхнулся, закашлялся, не договорив. Когда приступ прошел, продолжил: - надо принести жертву, Хель точно поможет. Любое живое существо подойдет. Сел, прижимая к груди левую руку. Выглядела она ужасно. Пока бежал по воде, перетаскивая огненный шар ее конечно жгло, но чтоб настолько. Не ожидал. Судя по всему, когда время вернулось, огонь напоследок хорошенько ее припек, пока вытаскивал из пасти морского змея. - Где я тебе сейчас посреди ночи жертву найду, а? – всплеснул руками Герхард. В голову пришла идея, где взять божественную искру для активации излечения. Есть все шансы, что командующий на это не пойдет. Аморально. Но сейчас, когда рука разрывается от боли, в груди болит. Начинает возвращаться прежняя слабость, я больше заинтересован в собственном излечении, чем в размышлениях о том, как воспримут мои слова окружающие. Сиплю дальше: - Командир, после боя, трупы есть, не сожгли еще? Герхард явно в недоумении, вижу даже в темноте вытянувшееся лицо, но отвечает: - Не сожгли, только причалили к берегу. Выловили кого нашли, среди плавающих ошметков змея. Живым из воды, пожалуй, только тебя и достали. - Мне подойдет. Нужно сердце, свежий труп подойдет! – говорю, а сам думаю, что похоже сейчас не я кого-то в жертву принесу, а меня спеленают, подумав, что рехнулся и ручку оттяпают, во спасение жизни. - Павшего товарища, в жертву? Ты чего несешь! – идея командующему явно не понравилась, но вмешался лекарь: - Подожди, Герхард, был ведь с нами на первом драккаре перебежчик, от Дьрви, который должен был показать безопасные пути подхода к селению. Он не наш, чужой. Предатель по духу. Давай его? Попробуем. - Не нравится мне это. Но ладно, – командир уступил, видимо лекарь этот, авторитетный малый, раз предложение прошло: - Эй, ребята, притащите сюда проводника! – Герхард обернулся в сторону разожжённых костров, обращаясь к подчинённым. От греющихся отделилось две фигуры, сбегавших до берега. Принесли обмякшее тело, положили рядом со мной. Командир жестом отпустил помощников и устало дал разрешение: - Твори свое непотребство, жрец. Лекарь помог приподняться. Я сел, нагнулся и перетек в положение на коленях. Затем спеша, на сколько позволяли силы, подполз к трупу. Права рука, все еще сжимала клинок. Не упустил в воде, не потерял и в процессе транспортировки на суше. Клинок будто приклеился. Думаю, это не заслуга моей силы, а воля самого ножа. Не хотел потеряться, вот и прилип намертво. Передо мной лежало тело - обычный человек крепкого телосложения. Глаза открыты, подернуты белесой пеленой смерти. Надеюсь, что искра еще теплится, иначе зря надругаюсь, и себя не вылечу, и в глазах, окружающих монстром кровожадным предстану. Провел лезвием по одежде, распарывая ее на груди. Особо не церемонился, надрезая в процессе еще и кожу. Кровь не выступила, действо больше походило на разделывание обычного куска мяса. Примерился к грудине, воткнул нож, в солнечное сплетение, возле ребер, с силой потянул в сторону, создавая зияющее отверстие. Помощи не просил, действуя одной рукой. Нет уверенности, что командир и лекарь, присутствующие рядом, захотят принять участие в кровавом действии. Отложил нож в сторону, засунул руку внутрь, ощупывая внутренности в попытке разыскать сердце. Нашел не сразу, организм мертв, ничего не бьется. Повозившись, все же одной рукой не удобно, показалось, что нашел искомое. Схватил, поднатужился, потянул, вытаскивая на поверхность. Да, то что надо, сердце. Кусок мяса, с трубками. Оторвал, укладывая тут же, на груди мертвеца. Вновь взял нож, воззвал к богине и с силой опустил, пронзая. В системе то-то пиликнуло. Похоже затея удалась. От меня, как и прежде, распространилась кровавая пелена. Дышать сразу стало легче, левая рука утихла. Стал даже ее чувствовать. Поднял перед собой, осмотрел. Выглядит всё равно страшно, но теперь хотя бы функционирует. Одного мертвяка явно недостаточно, чтобы полностью вылечить, но ампутация точно уже не требуется. - Убери обратно, прикрой его чем-нибудь. Не надо команде видеть это. – заговорил Герхард, обращаясь ко мне. Послушался, вытащил из сердца нож, засунул его обратно в разрез. Повернулся к лекарю: - Зашить бы. Тот кивнул, похлопал по карманам, достал коробочку, открыл. Швейный набор, иглы и нитки. Я подвинулся и лекарь, склонившись над телом, быстро нанес стежки, стягивая края раны, затем тоже самое проделал с распоротой одеждой, прикрывая совершенное. Закончив, убрал набор обратно в карман и бесцеремонно взяв мою руку, осмотрел: - Удивительно. Ожог конечно еще сильный, но здоровью уже не угрожает. Я сейчас заживляющую повязку нанесу, жить будешь! – хорошие новости, все не зря. Пока лекарь мазал руку и бинтовал, я сидел и думал, в кого же превращаюсь. Пусть это и игра, но все так по-настоящему. Вскрываю трупы, разрываю сердца, копаюсь во внутренностях, и мне это нравится. Ночь на берегу провели возле костров, отдыхали. Жрецов-туманников с нами не было, не подразумевалось то, что в походе потребуется охранение лагеря, поэтому воины по очереди, тройками заступали в караул, разбив время на интервалы. Меня решили в караул не выставлять, сочтя калекой. Даже принесли пару обуви, взамен утопшей, сняв с одного из погибших. Самому не пришлось идти, мародерить. Все темное время суток прошло тихо, лесные жители не беспокоили, а море хранило молчание, лишь убаюкивая уставших людей плеском прибоя, раздающимся в ночи. Под утро, когда мгла стала рассеиваться, весь лагерь подняли на ноги, отправив заготавливать древесину для погребальных костров. На берегу, возле кромки воды, сложили одно большое кострище, возложив на него всех павших, которых удалось выловить из воды. Укротители огня запалили древесину и викинги, стоя возле сгорающих останков, выпивали вино в их честь, часть проливая на землю. В этот раз, валькирий уносящих павших в Вальхаллу не увидел. После последних почестей, все вновь разошлись по четырем оставшимся драккарам, стоящим тут же, уткнувшись носами в песчаный берег. Я также залез в судно с девой, устраиваясь на своем месте. Как буду грести, с рукой, обмотанной бинтами, как будто она принадлежит не мне, а мумии какого-нибудь фараона, ума не приложу. Все оказалось проще, перед отправкой ко мне подошел кормчий, хлопнул по плечу и сказал: - Слезай, сегодня на твоем месте погребет Бальдур. Ты пока займи его место. – и махнул рукой в сторону кормы, туда, где раньше сидел помощник. Покорно последовав указанию, встал и перешел в обозначенное место, усаживаясь поудобнее прямо на дно судна. Бородатый встал у руля, воины столкнули драккар с мели длинными шестами, и мы вновь вышли в море. Вырулив судно на середину пролива, кормчий заговорил о событиях прошлого вечера: - Хель его знает, чего этот змей вчера вылез. Сколько по морю хожу, никогда они не нападали. Появлялись конечно, но не преследовали. А этот как взбесился! – сокрушался, оно и понятно, в середине пути потерять одно судно из пяти, уменьшив силу воинства на двадцать процентов, да еще и проводника потерять, от информации которого возможно зависел успех всего мероприятия. Могу предположить, почему морской гад вылез на нас, но озвучивать не буду. Выкинут за борт, от греха подальше. Я ведь как ранее выяснилось, ходячий маяк привлекающий разную нечисть из потустороннего мира, к которой думаю, можно и отнести и этого дракона. Почему он не наше судно атаковал, это конечно вопрос. Может чуют они меня, но не прям точно, промахнулся, не на то судно напав. Тем временем, борода продолжал: - Ты, когда прибежал, план свой изложив, не думал я, что получится. Больно уж странно звучало. Сам посуди, подбегает молодец, рассказывает, что сможет в пасть твари засунуть огненный шар укротителя, а как, объяснить не объясняет. Но наше дело маленькое, судно вести, думы пусть капитан думает. А потом капитан трубит. Жалко конечно драккар, давно мы с ним моря бороздим, как родной стал. Но против приказов не попрешь. Направляю судно прямо в пасть, думал всё, сейчас отгрызет от нас кусок. Все отправимся к Одину. А тут раз, тварь в середине горла разрывает, отделяя голову от туловища, так, что только ошметки в разные сторону полетели. Потом, к берегу причалив еще долго скоблили избавляясь от прилипших к борту кусков. Сработал твой план, я не сразу даже понял, что произошло. Никогда такого не видел. А потом присмотрелся, нет тебя уже на судне, за борт похоже сиганул. Кричу, чтобы веслами судно тормозили, обратно гребли. Один глазастый высмотрел тело в воде, уже на глубину уходящее. Успели подцепить, к борт