Пока я до нее шел, со второго этажа спустился разумный, одетый как обычный горожанин. Проходя мимо, он чуть склонил голову, одновременно с этим доставая откуда-то ключ и явно собираясь отдать его седобородому. После того, как я переоделся в форму гильдии, а так же стал таскать на плечах мантию, отношение горожан ко мне заметно улучшилось. Небольшие знаки внимания с их стороны моей персоне, хоть и нечасто, но все же встречались и улучшали настроение.
Выделенная мне комната ничем особым не отличалась, примерно так я себе и представлял помещения в тавернах. Лежанка, почти такая же, как в башне Казармы, пара узких окон, через которые не смог бы протиснуться и ребенок, охапка сена, словно специально сваленная в углу, дабы напомнить мне время, проведенное в глиняной ловушке алхимика.
— Спать, — сам себе сказал я, после чего завалился на лежанку.
Поесть, а потом лечь поспать, оказалось правильным решением. Сколько я проспал, определить оказалось затруднительным, через узкие окна в комнату пробивались лишь неяркие лучики солнечного света. Прислушавшись к себе, я ощутил небольшой приступ голода и поспешил вставать. Если организм начал возвращаться к обычному режиму питания, не стоило вводить его в искушение на использование Эссенции. Следовало как можно быстрее спуститься вниз и поесть, а потом, может быть, еще раз поспать.
Судя по блюдам, которые поглощали немногочисленные посетители таверны, время близилось к полудню. На столах стояли как полноценные обеденные блюда, так и миски с завтраками. Усевшись за тот же стол, за которым сидел вчера, я попросил принести мне обед подбежавшего ко мне молодого паренька.
«— Хм, а где все женщины и девушки?!» — только сейчас мне в голову пришел этот вопрос и я оказался этим несколько озадачен.
Озадачил меня не сам факт отсутствия представительниц противоположного пола в обозримом пространстве, сколько мое равнодушие по отношению к ним. Прислушавшись к организму, я не ощутил никакой реакции на привычные из моего прежнего мира маркеры в виде мыслей об стройных ногах, подтянутых попках и пышной груди.
«— Да как так то? Здесь что, всех в детстве кастрируют что-ли?» — обеспокоился я, одновременно с этим запуская себе руку в трусы и проверяя, все ли там на месте.
Как и до этого, когда я изредка ходил в туалет по нормальному, чтобы не разучиться это делать, мужские половые органы оказались на месте и в полном комплекте. Судить о доставшемся мне размере сейчас было сложно, но я почувствовал себя немного спокойнее.
— Ваш обед, — тот же мальчишка, что принимал заказ, притащил поднос и начал составлять тарелки с едой на столешницу.
Поборов в себе желание немедленно выдернуть руку из трусов, я остался в прежней позе. Зная еще по прошлой жизни, что если сделать что-то поспешно, то шанс обратить на себя внимание вырастает многократно, я неспешно извлек свою конечность наружу. Парень, если что-то и заметил, то не придал этому никакого значения.
Сегодняшний обед был куда вкуснее и сытнее вчерашнего ужина. Подспудно понимая, что дело здесь не в еде, а в возвращающихся на прежний уровень чувствительности вкусовых рецепторов, я тем не менее не удержался от мыслей, что своим постояльцам, которым теперь являлся и я, седобородый дает куда лучшую еду, нежели тем, кто лишь заходит перекусить.
После обеда спать мне так и не захотелось, так что я решил прогуляться и вышел из таверны на улицу. Прищурившись от солнца, я довольно быстро привык к тусклым лучам, время от времени пробивавшихся через тучи. Кривые солнечные лучи особо контрастно подсвечивали выбоины и сколы брусчатки, которой оказались выложены местные улицы. Дома, стоявшие вдоль узких тротуаров, так же были сложены из камня, по внешнему виду которого ощущался не менее чем трехвековой возраст местных построек.
Из подслушанных вчера в таверне разговоров, я теперь знал, что город Торр был одной из твердыней Султаната. Построенный в незапамятные времена, он являлся ближайшим городом к южной границе с Пустошью. Что такое Пустошь, до конца я пока что так и не выяснил, и это не смотря на то, что сам уже успел там и побывал и даже выжить.
Идя без всякой цели по улицам города, я случайно дошёл до гильдии Охотников, которую узнал лишь по трем зубчатым башням, возвышающихся над крышей знания. Днем, в Холле гильдии, оказалось ненамного больше людей, чем вчера. Давнишнего коротышки, однако, сегодня не было, вместо него за стойкой находился другой разумный. Он, как и я, был магом, так что вопрос, который у меня возник при виде гильдии и повлиявший на решение в неё зайти, не должен был вызывать у последнего неприязни.