— Заткнись! — прошипел он, и в том, как выгнулись его губы, как обнажились крупные зубы, было слишком много опасности.
— Разве я сказала неправду? В нашу последнюю встречу ты даже не пытался! Я никогда ещё не видела тебя таким!
Стася уже всё поняла и теперь слышала, как это же осознание приходит и к Даше. В среду он приходил к Стасе, хотел её, а не Дашу, именно поэтому у них ничего не получилось. Именно поэтому он решил, что это точка.
— Ты мне больше не интересна. Иди к себе и не смей нам мешать.
Даша упала на колени и держалась за горло, откашливаясь и пытаясь прийти в себя. На Влада она не поднимала глаза, а вот Стасю буквально испепеляла взглядом.
— Значит, вы встречались за моей спиной? Какая же ты тварь! А ещё прикидывалась невинной овечкой!
Влад не обращал на неё внимания, он был весь погружён в сборы, продолжал рыскать по ящикам, доставая и с раздражением отшвыривая вещи. Всё не то! Всё придётся купить новое! У Стаси красивое крепкое тело, достойное лучшего. Визги Даши он пропускал мимо ушей, пока не услышал тихий всхлип. Он резко повернулся и застыл, увидев отвратительную картину: Даша продолжала визжать, но теперь стояла над Стасей, жалобно сжавшейся на кровати. И тихонько плачущей.
— Закрой рот и выйди.
Его ледяной голос впечатлил даже Стасю, затихшую и испуганно взглянувшую на Влада. Даша тоже мгновенно замолчала, на несколько секунд замерла и попятилась к двери.
— Она тебе не нужна! Она совсем ещё ребёнок! Что она может тебе дать?
Терпение Влада лопнуло, это поняла даже Стася, сразу же уткнувшаяся в подушку, чтобы ничего не видеть и не слышать. Влад схватил Дашу за волосы и потащил прочь из комнаты, и девушка больше не произнесла ни слова, только плакала, всхлипывая и задыхаясь. Она боялась его, знала, чем всё сейчас закончится, но всё равно никак не могла остановиться, когда оскорбляла его и кричала на Стасю. Маленькая шлюха! Она всё-таки выплюнула это ему в лицо, когда снова получила пощёчину.
— Она не любит тебя! Она даже не хочет тебя!
Снова удары, и всё равно Даша рвалась к нему, захлёбываясь от обиды и злости. Лучше бы ей молчать. Он не просто злится, он в ярости, и лучше бы Даше оставить их в покое, но разве это возможно?! Прямо под её носом! Нет, Даша злилась не из-за этого. Он променял её на эту тихую мышь!
— Я забираю Стасю с собой, но здесь остаются её вещи. Если с ними что-то случится — я тебя убью. И я не шучу. Никто даже не найдёт тебя.
Влад стоял над ней, свернувшейся в жалкий комочек боли у его ног, и понимал, что всё снова в его руках. Ни Даша, ни Стася не в силах ему сопротивляться. И их жалкие попытки бунтовать только смешат его.
— Ты как? — его голос изменился. Да и он весь преобразился, едва вошёл в её комнату. Сложно было поверить, что он только что избивал беззащитную девушку. Только следы крови на руках выдавали его, и Влад нервно вытер их о чёрные брюки. Нельзя пугать Стасю! Она и так вся на нервах.
Девушка так и лежала, уткнувшись лицом в подушку, и плакала так тихо, что Влад не сразу это заметил.
— Что такое? Ты расстроилась из-за того, что тебе наговорила Даша? — Влад очень нежно, бережно взял её за плечо, повернул к себе, но Стася всё ещё прятала лицо.
— Я всегда плачу, когда кричат, — жалобно призналась Стася. — Даже если не на меня. Я такая плакса!
Она сама пожаловалась, и сама неловко улыбнулась.
— Почему? Дома часто скандалили?
Стася избегала на него смотреть, и Влад догадался ещё кое о чём.
— Котёнок, расскажи мне. Я смогу тебя защитить. Тебя обижают дома? — она замотала головой — слишком быстро, чтобы это было правдой. — И отец, то есть отчим, тебя никогда не бил?
— Он… наказывал.
— Как именно? — в его голосе зазвучал металл, и Стася впервые взглянула ему в глаза. Она боялась сказать лишнее, потому что Влад снова был в ярости. Казалось, был бы здесь сейчас её отчим, то Влад бы сорвался. — Молчишь? Больно об этом вспоминать?
Стася закивала и уткнулась ему в плечо. Пусть ни о чём больше не спрашивает! Пусть просто будет тишина.
— Ты больше не вернёшься к ним, если не захочешь. Я позабочусь о тебе, — Влад гладил её плечи и баюкал, как ребёнка. Теперь ему стало всё понятно, почему она такая, почему так себя ведёт, почему так пугается его напора. Но какой же мразью надо быть, чтобы бить такую беззащитную девочку? Она расплакалась даже из-за истерики Даши! Насколько же расшатаны у неё нервы? Ну, ничего, Влад сможет о ней позаботиться! Уберечь от всего. — Голова не болит? — Стася мотнула головой и потёрлась лбом о его плечо. Чем крепче он сжимал объятия, тем легче ей становилось. — Как давно у тебя начались такие головные боли?
— Давно, с самого детства.
— И часто?
— Когда я разнервничаюсь или испугаюсь.
— Со мной тебе не придётся нервничать. Я решу все твои проблемы, я же обещал.
— Но Даша сегодня… — Стася наконец-то выбралась из его объятий и села на кровати, по-детски поджав ноги. — Пока ты не пришёл, всё было нормально. Зачем надо было её провоцировать?
— Тебе так нужно её одобрение?
— Это грязно, — Стася всё-таки решилась это сказать и теперь смущённо смотрела на Влада.
— Что именно?
— То, как ты с ней поступил. И со мной тоже. В среду, когда ты пришёл, зачем ты пришёл?
Влад всё понял и усмехнулся. Стася ревновала, хоть ещё и сама не осознавала этого.
— Ты хочешь спросить, как я мог прийти, чтобы заняться с Дашей сексом, если за несколько дней до этого признавался тебе в любви? — Стася отвела взгляд и недовольно прикусила губку. — Признаюсь, я действительно пришёл к ней за этим, скорее по привычке, но когда увидел тебя, то понял, что ничего у нас с ней больше не получится. Так оно и было. Поэтому она и закатила мне истерику. И это было последней каплей.
— А так ты бы продолжил с ней спать?
— А ты ревнуешь? — Влад наклонился к ней и улыбнулся с нескрываемым торжеством. — Ты, оказывается, собственница.
— Я не хочу об этом говорить. Мне всё равно, с кем ты, лишь бы меня не трогал, — Стася ворчала, и это до безумия нравилось Владу. Как хорошо, что она его больше не боится, не замирает при любой попытке контакта.
— Точно не хочешь, чтобы я тебя трогал? — Влад цепко взял её за бедро, второй рукой заваливая на постель. — Тебе ведь было хорошо со мной? Как и мне с тобой! И я не хочу тебя потерять. Так что поехали ко мне, чтобы мы всегда были вместе.
— Влад, не начинай. Оставь меня тут, пожалуйста.
Она снова лежала под ним, такая податливая, нежная, соблазнительная! Но Влад старался сдерживаться, поэтому только потёрся носом о её щёку, снова пунцовую от стыда.
— Я не могу тебя оставить. Я слишком долго ждал подходящего момента и теперь не отступлю. Скажи, почему ты не хочешь жить со мной?
— Потому что я тебя не знаю. И потому что… потому что ты… Я никогда не смогу это забыть!
— Стася, солнышко, не надо, не плачь! Я знаю, что никогда не смогу исправить то, что натворил, но всё же я прошу тебя дать мне шанс.
— Дать шанс на что? Ты преследуешь меня! Не даёшь и шагу сделать! Я только приехала домой, как ты сразу же оказался тут! Почему ты не можешь оставить меня в покое?!
Влад не шевельнулся, хотя истерика Стаси ему не понравилась. Пусть покричит, пусть выплачется, если ей станет легче, он не станет ей мешать. И всё же она билась под ним, пыталась вырвать руки, чтобы закрыть лицо, но Влад уверенно сидел на ней, вжимая её запястья в подушку.
— Потому что я тебя люблю! И я беспокоюсь о тебе! Именно поэтому я хочу всё время быть рядом с тобой! Моя маленькая, — он закрепил свои признания поцелуем, хоть Стася и вывернулась и подставила ему щёку.
— Хватит уже! Я этого не хочу! Разве не понятно? Или тебе всё равно?
Он молчал, смотрел надменно и холодно, крепко сжал губы, сдерживался, игнорируя её истерику. Пусть кричит, что хочет. Это всё капризы.
— Почему ты молчишь? — Стася зажмурилась и продолжала плакать уже молча. Он не ответит ни на один вопрос, который ему не удобен. Так что нет смысла говорить с ним.