Вернувшись в Париж, Майя ни разу не позвонила Ники и отвечала на ее сообщения через два раза на третий. Она умело натягивала поводья, не давая жертве встать на дыбы.
Третья поездка состоялась два дня назад. Ники не могла никуда уехать из Лондона, и Майя великодушно согласилась к ней присоединиться. Люкс в пятизвездочном отеле стал их тайным гнездышком.
Ники заказала ужин в номер, и они провели наедине еще два часа. Понежившись в ванне, Майя заварила подруге чай со снотворным, в эффективности которого не сомневалась, потому что сама принимала его, когда страдала от бессонницы.
Майя убедилась, что женщина спит крепко и в ближайшие часы точно не проснется. Порывшись в сумочке Ники, она вытащила ее смартфон, разблокировала, поднеся к лицу спящей красавицы, и подключила к своему ноутбуку, чтобы скачать все содержимое, включая список контактов.
Один из руководящих чинов МИ-6, которого спросили, какова вероятность, что Ники работает на Восточную Европу, ответил, что, несмотря на отсутствие формальных доказательств, это не исключено. И если она и правда шпионка, то самая некомпетентная из тех, кого ему доводилось встречать.
Когда, после долгого ленивого утра в постели, Ники призналась ей, что давно так хорошо не высыпалась, Майя пришла к выводу, что руководитель МИ-6 был прав.
Зимнее солнце – почти такая же редкость в Лондоне, как яйца Фаберже, – озаряло Лондон. Ники ушла из «Клариджа» первая. Майя последовала за ней полчаса спустя. Сев в такси, она написала друзьям, что ее миссия выполнена, затем переслала Матео зашифрованный файл с контактами Ники и вышла на вокзале Сент-Панкрас.
Уже в «Евростаре» Майя получила письмо Романа и обстоятельный пересказ того, что «Группа» узнала, пока она нежилась в постели пятизвездочного отеля. Вернувшись к себе в Маре, она зашла на форум и изложила «Группе» свои соображения, казавшиеся ей очевидностью.
«Ямми» было указанием на место, где находится флешка. «Флопи» с одной «п» предупреждала их о ее особенностях. Оставалось только одно: пароль, зашифрованный в той части письма, где говорилось о «540 рублях».
– 540 – это код? Слишком уж просто, на мой взгляд, – возразила Екатерина.
– Может, и не слишком, – вмешался Диего. – Раз эта флешка с бомбой замедленного действия, у которой такой короткий фитиль, зачем усложнять?
Матео не согласился с ним и пояснил свою точку зрения:
– С соответствующей программой код из трех цифр подбирается меньше чем за десять секунд. У нас ушло бы не больше пяти, как и у наших коллег из группы «РТ 82». Раз Роман использовал флешку с такой изощренной защитой, он не мог этого не понимать, как и тот, кто ее для него раздобыл. Он наверняка боялся, что, если она попадет к врагу, за дело возьмутся хакеры. Их у Лучина и его сподвижников достаточно.
– А может, код – «540 рублей»? – предположила Корделия.
– Ты серьезно? – с сарказмом спросила Майя. – Сделаю вид, что я не читала твоего сообщения, не только из уважения к тебе, которое в таком случае серьезно пострадало бы, но и из уважения к умственным способностям Романа.
– Тогда я не стану тебя посылать на три буквы из дружеских чувств и из уважения к своим умственным способностям, которые тебя так раздражают, – парировала Корделия.
К разговору тут же подключился Витя.
– Предположение Корделии не просто удачное, по-моему, оно блестящее.
– Да ладно, – ехидно отозвалась Майя.
– Можешь продолжать в том же духе, но это не смешно, – одернул ее Витя. – Пароль определенно «540 рублей», но в виде шифра. О ком Роман думал, когда писал записку? Точно не о матери, она на том свете. Тогда кому он адресовал этот текст?
– Кого еще он мог называть мамой? – спросил Диего.
– Выражение «царица-матушка» вам о чем-то говорит? – написала Екатерина.
– Светлана? Допустим, – откликнулась Майя. – И что бы она с этим сделала?
– То же, что и мы, – предположил Диего.
И снова Матео не согласился с версией товарищей. Роман не стал бы так рисковать, а что, если Светлана форматирует данные, пытаясь добраться до содержимого флешки?
– Роман знал, что за Светланой следят и что она не пошла бы на такое. Она постоянно настороже, вынуждена заботиться о безопасности всех своих перемещений. И подозревает, что ее телефон прослушивается. Вы даже не представляете, что мне пришлось сделать, чтобы с ней встретиться, – вмешалась Дженис. – Роман планировал передать флешку ей как раз потому, что считал, что она не станет пытаться ее взломать.