Попытка обойти мага не увенчалась успехом: дверной проем упруго прогнулся под тело кота и можно спружинил его обратно. Зерг отлетел к окну, по дороге сбив своим мощным телом Гримиума, Коб-Ора и чуть не зацепив меня. Но мой змей («Не мой!») успел отшвырнуть меня к Наташке и я мягко, но чувствительно ткнулась спиной в ее пушистый бок.
Кошка подпрыгнула от неожиданности до потолка и яростно взвизгнула. Но увидев меня, распластанную в позе краба на полу, умудрилась приземлиться на все четыре лапы в двух сантиметрах от моей головы, не задев даже шерстинкой мою уроненную тушку.
«Осторожней!» – рыкнула Тала.
«Шеф, я не упал, меня уронили!» – поднимаясь на ноги, фыркнула я. Черный дракон требовал свободы, и я решила, что выбор у нас невелик: либо мы, либо древний монастырь. Почем-то мы оказались ближе и роднее, чем камни, веками хранящие чужие тайны, ставшие нынче западней.
Читающий все еще шевелил губами и водил в воздухе времени, сплетая какой-то замысловатый узор. Но чувствовала спинным мозгом, что времени осталось немного. Поэтому, покосившись на Коб-Ора, я мелкими перебежками двинулась к окну, чтобы воин не успел разгадать мой маневр и не остановил меня.
В последнем рывке я запрыгнула на подоконник и сиганула из окна, услышав за спиной яростное шипение злобного змея, метнувшегося было вслед за мной. Но воздушная волна от распахнутых в полный мах черных крыльев не позволила рептилии Коб-Ора выскользнуть из комнаты, откинув назад.
Взмыв вверх я отправила мысленный посыл всем, кто находился возле колдующего монаха с требованием оставаться в шкурах ипостасей, прижаться к стенам и не мешать. Убедившись, что герои засунули свой героизм поглубже, я рванула в окно как была, в облике черного разъяренного дракона.
Сквозь толстую, почти в два человеческих тела, каменную кладку, я-дракон, уменьшившись до размера летающего крокодила, прошла как горячий нож по маслу.
«Эх, жаль, нельзя спалить гада! Места мало!» – удрученно вздохнула я и дохнула горячей струей воздухом прямой наводкой по Раст-А-Бану. И тут же метнулась вверх, врезалась в стену позади мага, и тяжелокрылым вараном побежала по стене через потолок к остаткам окна, через которое влетела, где и закончился мой тормозной путь.
Меняя ипостась, едва не проморгала момент, как защитный кокон мага распался на сотни странных лепестков, словно у нас на глазах за секунду распустился бутон розы, и черным пеплом опал к ногам Читающего. Руки мага упали вдоль тела, глаза закатились, и он подломленным деревом тяжело рухнул на пол. Но мы опоздали.
Таинственный узор полыхнул мягким бордовым светом, выжигая пространство по окружности и образуя высокие двери, украшенные странными мерцающими узорами. По полу заклубился желто-зеленый туман, створки портала распахнулись, и в комнату шагнул кто-то очень высокий.
– Картина Репина «Не ждали!», – ехидно проскрежетал незнакомец, картинно расшаркиваясь перед райном Гримиумом, и окидывая взором разрушенную комнату. – Позвольте представиться: старший брат малолетних интриганок, сын и наследник бога-создателя Ару и богини-созидательницы Дану, перворожденный не-бог демон Вритру. Прошу любить и жаловать.
Глава 4. Королевство Элтаннин. Танец злобного гения
Эр Наг Тэ разъяренно шипел: впервые в жизни не убиваемого Верховного жреца жёстко ранила чужая магия. Странные серебристые плети, вырвавшиеся из черных наручников и ошейника плененной Эдассих, оставляли глубокие и болезненные порезы на толстой шкуре ипостаси, разрывая плоть практически до мышц. Регенерация не успевала восстанавливать израненные участки тела.
Змей забился от ярости и боли. Но нити, словно не замечая усилий жреца, опутывали рептилию, оставляли рваные раны и скользили дальше, за спину беснующейся твари, словно желая прикоснуться к чему-то еще.
– Прекрати немедленно! – рявкнул Эр Наг-Тэ и крепче сжал непокорную райну тугими кольцами.
К удивлению старого интригана маленькая глупая принцесса, столько лет бывшая его любимой марионеткой, игрушкой в его руках, вдруг показала воистину королевский характер, сопротивляясь не только его магической силе, но и моральному давлению.