Можно быть хорошим человеком, но слишком добросовестным и строгим отцом, чтобы сын мог тебя когда-нибудь полюбить. Если бы Клайд Эндрюс хоть раз в жизни как следует напился, он мог бы взглянуть на вещи совсем иначе, даже если не сделает с тех пор ни глотка спиртного. Но он не пил ни разу за всю свою жизнь. Не думаю, что он когда-нибудь выкурил сигарету или произнёс непристойность.
Мне он всё равно нравился; думаю, я довольно-таки толерантен. Но я рад, что мой отец был не таким, как он. На мой вкус, лучшим отцом в городе был Карл Тренхольм. Тренхольм, про которого я ещё не выяснил, мёртв он или только ранен!
Теперь я был всего в полуквартале от Смайли и «Гудка». Я перешёл на рысь. Даже в моём возрасте меня это не напрягало. Должно быть, прошло менее получаса с тех пор, как я вышел из дома, но по дороге случилось столько всего, что казалось, будто прошли дни. Ну, во всяком случае, до прихода к Смайли со мной случиться не может. И не случилось.
Через окно я увидел, что посетителей в баре нет, а за стойкой одиноко стоит Смайли. Как всегда, протирает стаканы; думаю, он протирает одну и ту же посуду десятки раз, если ему больше нечем заняться.
Я ворвался внутрь и бросился к телефону.
— Смайли, — сказал я, — сегодня чёрт-те что творится. Там сбежавший маньяк, и что-то случилось с Карлом Тренхольмом, и парочка грабителей в розыске проезжали тут минут пятнадцать-двадцать назад, и мне надо...
Сообщив всё это, я как раз добрался до телефона и потянулся к трубке. Но так её и не коснулся.
— Полегче, паренёк, — произнёс голос позади меня.
Глава шестая
«Ах, что такое далеко? — ответила треска. —
Где далеко от Англии, там Франция близка.
За много миль от берегов есть берега опять.
Не робей, моя улитка, и пойдём со мной плясать».
Я медленно обернулся. Они сидели за угловым столиком, единственным, который нельзя увидеть через дверное стекло или окна. Вероятно, поэтому они его и выбрали. Стаканы из-под пива стояли перед ними пустыми. Но я не ожидал, что в их руках будут пистолеты.
Один из пистолетов, в руке спутника Бэта Мастерса, был нацелен на Смайли. А Смайли, вовсе не улыбавшийся, держал руки неподвижно, не шевеля ни единым мускулом.
Пистолет в руке Мастерса был нацелен на меня.
— Так ты узнал нас, паренёк? — сказал он.
Отрицать не было ни малейшего смысла; я уже слишком много сказал.
— Вы Бэт Мастерс, — произнёс я.
Я посмотрел на второго мужчину, которого не разглядел ясно, когда тот сидел в машине. Он был приземист и коренаст, с круглой головой и маленькими поросячьими глазками. Выглядел он карикатурой на германского офицера.
— Извините, — сказал я, — вашего друга я не узнал.
Мастерс засмеялся.
— Видишь, Джордж, — произнёс он, — я знаменит, а ты нет. Как тебе?
Джордж не сводил глаз со Смайли.
— Думаю, тебе лучше выйти на эту сторону бара, — сказал он. — У тебя там может быть припрятан пистолет, и тебе вздумается нырнуть за ним.
— Подойди и сядь с нами, — сказал Мастерс. — Оба идите. Закатим вечеринку, Джордж?
— Заткнись, — сказал Джордж, слегка изменив моё мнение о нём. Лично я бы не стал предлагать Бэту Мастерсу заткнуться, да ещё таким тоном. Правда, минут двадцать назад я был с ним дерзок, но я не знал, кто это такой. Я даже не видел ещё, какой он большой.
Смайли подошёл к выходу из барной стойки. Я поймал его взгляд и одарил в ответ, по-видимому, болезненной улыбкой.
— Прости, Смайли, — сказал я. — Похоже, на сей раз я лажанулся.
Его лицо было совершенно бесстрастным.
— Не твоя вина, док, — произнёс он.
Я не был так уж в этом уверен. Я вдруг вспомнил, что смутно заметил припаркованную у заведения Смайли машину. Если бы мои мозги помещались в правильном конце моей анатомии, у меня хватило бы ума бросить на эту машину хотя бы беглый взгляд. А будь у меня столько ума, мне хватило бы его, чтобы пойти в редакцию «Гудка», а не бездумно врываться к Смайли прямо в руки Бэта Мастерса с Джорджем.
А если бы полиция штата явилась, пока они у Смайли, «Гудку» достался бы поистине хороший материал. Сейчас материал, наверное, тоже выйдет хороший, но кто его напишет?
Теперь мы со Смайли стояли почти рядом, и Мастерс, по-видимому, заключил, что одного пистолета на двоих достаточно. Свой он сунул в наплечную кобуру и взглянул на Джорджа.