Я посмотрел поверх её головы на рослого доктора Бакена, и он кивнул мне. Но я всё ещё не знал, к чему всё это. Не мог этого понять, поэтому сказал:
— Понимаю, миссис Гризуолд.
И улыбка вернулась. Она радостно закивала.
— Значит, вы не напишете об этом в газете? В смысле, что я ушла? Ведь я совсем не собиралась это делать. А Клара, моя дочь, живёт сейчас в Спрингфилде, но она всё ещё подписана на вашу газету, чтобы знать новости дома, и если она прочтёт в «Гудке», что я сбежала, она подумает, я там несчастна, и расстроится. А я счастлива, мистер Стэгер... Доктор Бакен так добр ко мне, и я не хочу, чтобы Клара расстраивалась или тревожилась из-за меня, и вы же не напишете про это, в самом деле?
Я нежно похлопал её по плечу и сказал:
— Конечно, нет, миссис Гризуолд.
И тут она, рыдая, упала мне на грудь, а я чертовски смутился. Наконец, доктор Бакен мягко оторвал её и повёл к двери. На секунду задержавшись, он сказал мне так тихо, чтобы она не могла слышать:
— Так и есть, Стэгер. Я имею в виду, это может сильно встревожить её дочь, а она действительно не убегала, просто заблудилась. И её дочь действительно читает вашу газету.
— Не беспокойтесь, — ответил я. — Я не буду об этом упоминать.
Позади него открылась дверь, и показался капитан Эванс из полиции штата. Он оставил дверь открытой, и миссис Гризуолд уже побрела наружу.
Доктор Бакен быстро пожал мне руку и сказал:
— Тогда большое спасибо. От меня, не только от миссис Гризуолд. Естественно, заведениям вроде нашего вредит огласка побегов. Не то чтобы я лично просил вас снять из-за этого материал. Но, поскольку наша пациентка имеет хорошую и законную причину просить вас об этом...
Обернувшись, он увидел, что его пациентка уже спускается вниз. Он поспешил за ней, пока она вновь не запуталась и не заблудилась.
Пожимая руку Эванасу, я подумал, что ещё один материал ускользнул. Дорого обошлось то печенье, даже если оно того стоило. И тут я вдруг задумался обо всех материалах, от которых в этот вечер пришлось отказаться. Ограбление банка по уважительной и очевидной причине. Несчастный случай с Карлом, оказавшийся вполне тривиальным, к тому же способный оглаской погубить его репутацию адвоката. Несчастный случай в отделении римских свечей, ведь он может лишить мужа миссис Карр такой нужной работы. Развод Ральфа Бонни, от которого я, конечно, не отказался полностью, но переиграл длинный, важный материал в краткую новостную заметку. Побег миссис Гризуолд из лечебницы, поскольку она угощала меня когда-то печеньем и поскольку это могло встревожить её дочь. Даже аукцион в баптистской церкви по самой очевидной из всех возможных причин, ведь он был отменён.
Но какое, чёрт возьми, всё это имело значение, раз у меня оставался по-настоящему большой материал, крупнейший из всех? И не было никакой разумной причины его не напечатать.
Капитан Эванс сел на стул, пододвинутый мной к столу, а я откинулся во вращающемся кресле и приготовил карандаш записывать его рассказ.
— Большое спасибо, что пришли сюда, капитан. Итак, что же вам сообщил Мастерс?
Он сдвинул шляпу на затылок и нахмурился, а затем сказал:
— Простите, док. Приказ сверху. Мне придётся просить вас вообще не упоминать эту историю.
Глава восьмая
Но взял он меч, и взял он щит,
Высоких полон дум.
В глущобу путь его лежит
Под дерево Тумтум.
Не знаю, что в тот момент выразило моё лицо. Знаю, что уронил карандаш и что пришлось откашляться, потому что с первого раза ничего сказать не удалось.
Во второй раз получилось, пусть и слегка ворчливо.
— Капитан, вы шутите. Вы же не можете на самом деле это предлагать. Единственное важное событие, какое только случалось здесь... Это же шутка?
Он покачал головой.
— Нет-нет, док. Это Маккой. Приказ самого шефа. Само собой, я не могу заставить вас снять материал. Но я хочу изложить вам все факты и надеюсь, что вы решите сделать это сами.