— Я делаю то, что попросил сделать отец. Везу тебя к нему.
— Я могла бы, и сама доехать. Я же не ребенок.
— Фактически ты младше меня. Так что слушайся старших, — он ненадолго расслабился и даже улыбнулся, но его улыбка сразу пропала.
— Ты что мой старший брат, чтобы тебя слушать или парень!? — сказал я. — Нет. Поэтому не надо так со мной обращаться.
Я отвернулась от него и стала смотреть в окно. Улице было так солнечно и хорошо, что сразу как-то захотел прогуляться и на встречу уже как-то ехать не хотелось. Я начала уходить в свои мысли, а Паша все не унимался:
— Я не твой брат, но можешь считать меня своим парнем, — сказал он на полном серьезе.
Я уже хотела возразить, но он продолжил говорить.
— Ах да, забыл. Ты же не любишь парней, да и может у тебя их никогда и не было.
— Очень смешно. Во-первых, ты не в моем вкусе, во-вторых, хоть у меня и не было еще отношений, это не значит, что я другой ориентации! — я сделала паузу и поняла, что мне резко захотелось заплакать. Я снова отвернулась в окно и пыталась сдержать уже копившиеся слезы.
Паша засмеялся, но, когда понял, что я слишком долго молчу, осознал, что его шутка была неуместной.
Он остановился на обочине и вышел из машины. Открыл дверь и присел на корточки рядом со мной. Молча взял меня за руку и тихо сказал:
— Извини, это была глупая шутка. Я не хотел тебя обидеть. Просто мне было интересно узнать, что ты ответишь на это, — он сделал паузу, а затем уже более веселым голосом продолжил. — За то я теперь знаю, что ты ко мне неравнодушна.
Он улыбнулся, а я посмотрела ему прямо я глаза.
— Интересно откуда такие выводы?
Он медленно поднялся и наклонился ко мне, настолько близко, что я чувствовала ухом его дыхание и сказал:
— У тебя сердце бьется часто, когда я рядом.
Мои щеки покраснели от смущения, и я быстро отвернулась от него, руками выталкивая из машины. Я закрыла свою дверь, а Паша походкой хищника медленно шел на свое место.
Он сел за руль, пристегнуться и как ни в чем не бывало, положил свою руку мне на колено и сказал:
— Не переживай так. Ты мне тоже уже начинаешь нравиться. Твои розовые щечки меня почти очаровали.
Он убрал руку и надавил на газ, сидел с улыбкой за рулем. А мне хотелось провалиться сквозь землю. Было так неудобно и стыдно, хотя я понимала, что он это делает специально, но я не могла с этим ничего поделать.
Дальше мы ехали с ним молча. Я прибавила звук радио, и мы слушали музыку, ни о чем не разговаривая.
ГЛАВА 11
Мы сидели за столом. Владимир угощал нас шарлоткой. А Паша спокойно пил чай, будто ничего особенного не происходило. Владимир разглядывал мой камень, который я привезла. Все были чем-то заняты и мне оставалось только рассматривать обстановку вокруг.
Бежевые стены коричневый гарнитур, в подобных цветах был ремонт во всём доме. Я поймала себя на мысли, что мне начинает здесь нравиться.
Небольшая кухня, где мы сейчас пьем чай, и зал, где я была до этого, все это создавало впечатление холостятского дома. В сути так оно и было. Ведь Владимир жил в этом доме один. Мама Паши умерла, когда он был ещё ребенком. Но, тем не менее, на кухне было чисто и уютно. Сразу видно, что за домом следят и содержат в чистоте и порядке.
— Думаю, это жёлтый кальцит, — сказал Владимир, передавая камень мне. — Но это камень не простой. Сам по себе он обладает необычными свойствами. Ради любопытства можешь даже почитать о нем в интернете. И еще, не помню говорил ли уже, у всех бессмертных есть свой природный талисман, который находит его сам. В ночь первого обряда, с которым ты уже столкнулась, человек волей-неволей, обращает внимание на какой-то природный предмет: камень, ветку, землю и такому подобное. После чего этот предмет становится его талисманом, с помощью которого он сможет раскрыть в себе дар. Твой талисман — этот желтый кальцит. Тебе повезло. После того как все закончится, сохрани его. Он будет тебе хорошим оберегом.
— Но я не помню откуда он у меня, — сказала я, вспоминая тот сон. — Хотя, зная мою манию таскать интересные камни. Не удивлюсь.