ГЛАВА 16
Нежность, трепет и легкое волнение — обычно это испытывают люди, когда танцуют вальс. А я не все, я испытала страх, волнение и смирение.
Уже прошло немало времени с нашего танца. Мы все еще стоим у стены и делаем вид будто увлечены картинами и красивыми люстрами. При этот не отводим взгляда с Артура. Он все еще общается с гостями. Подходит поболтать то к одним, то к другим.
— Я так понимаю, он здесь всех знает, — сказала я Паше.
— Видимо да, — задумчиво сказал он и продолжил. — За всё время, что мы здесь находимся, Дима так ни разу и не появился. Его здесь скорее всего нет. И еще ….
Паша прервался и потер шею рукой, выдавая свою растерянность.
— Что? — нетерпеливо спросила я.
— Они все здесь бессмертные, — сказал он, невинно улыбаясь мне. — Я не сказал тебе раньше, так как боялся, что ты испугаешься и захочешь уйти.
Видя мою растерянность и страх в глазах, он понял, что от меня ждать ответа нет никакого смысла.
Паша подошел ближе, взял меня за руки и медленно притянул к себе. Я сопротивляться не стала и позволила ему обнять себя.
В его объятиях было так тепло и хорошо. Что захотелось зарыться в нем и никуда не выходить. Хотелось максимально продлить это состояние спокойствия и беззаботности.
Мы простояли так неприлично много времени. По крайней мере мне так казалось. Паша медленно раскрыл свои объятия, и я снова оказалась в своей безумной реальности. И поняла, что у меня уже нет никаких сил здесь находиться. Уже хотелось домой в мягкую постель.
Как только я собралась предложить Паше уехать, Артур решил выйти из зала. И нам ничего не оставалось кроме как идти за ним.
— Постой тут, а я пока прослежу за ним, — сказал Паша, уже шагая в сторону Артура.
— Постой. Я с тобой. Не оставляй меня одну! — прокричала я, шагая в след за ним.
В ответ он лишь кивнул и потянул меня за руку в след за собой.
Мы пробирались сквозь толпу людей. Как на зло они все будто нарочно столпились возле двери, в которую вышел Артур. Но у нас получилось. И мы смогли выйти из зала и оказались в пустом коридоре.
— Паша, куда он ведет? — шепотом спросила я, озираясь по сторонам.
— Через этот коридор можно пройти в столовую и туалет, а еще здесь несколько подсобных помещений.
— Ладно. Допустим он пошел в туалет. А мы то что здесь забыли?
— Ты постой здесь, а я проверю там ли он.
Паша зашел в мужской туалет, а я с потными от волнения ладонями, осталась одна.
«Надеюсь он ненадолго ушел», — подумала я. И как только дверь туалета открылась выдохнула.
Но оттуда вышел не он.
— О, и вы здесь, — удивленно сказал Артур, улыбаясь мне.
— Д-да, — немного запинаясь от неожиданности, сказала я, и, чтобы быть более убедительной, сразу продолжила, — я как раз вышла из туалета и жду Дениса.
Паша как раз вышел следом за ним.
— Я так и понял, — сказал Артур. — Как вам вечер? Хотите я покажу вам самую красивую комнату этого здания. Там много антикварных вещей и туда редко кого пускают, но для меня не проблема договориться.
— Спасибо, но не стоит. Мы лучше вернемся в зал.
— Я настаиваю. К тому же ваш кавалер уже согласился на небольшую экскурсию.
Артур улыбнулся и жестом показал идти за ним. Что мы и сделали.
Я шла рядом с Пашей и взглядом метала в него искры негодования. Мысленно думая о том, что он действительно конченый, раз согласился с ним идти в непонятное помещение, где мы будем одни.
Артур шел и разговаривал с Пашей на разные отстранение темы, а я просто шла следом, молясь, чтобы нас никто не убил здесь.
Мы шли по длинному коридору, который был увешан разными по стилю и размеру картинами.
«Так необычно», — подумала я, беглым взглядом осматривая картины.
Но вдруг мой взгляд зацепился за одну из них.
Небольшая, в темных тонах картина, без явно выраженных объектов, которая вряд ли привлечёт внимание простого обывателя. Но для меня она была особенной. Глядя на нее, мне казалось будто это не картина, а фотография в сделанная в ночи.
Я остановилась ее рассмотреть.
И чем дольше я ее рассматривала, тем более знакомым мне казалось изображение: