— В операции «Возвращение» используются бомбы малой мощности. Они думают, что примерно через сотню лет земля восстановится и они выйдут из Бьярна и вновь заселят планету.
— Это безумие.
— Так и есть, — отозвался Димитрий. — Но, как и все на планете, оно началось со Слвасты. Правительство всегда знало: на других континентах паданцев в избытке. После взрыва последнего Дерева он собирался приказать силам воздушной обороны бросить маломощные бомбы на острова и континенты, чтобы уничтожить гнезда. А затем, когда радиация достигнет допустимого уровня, люди вернули бы их себе и заселили всю планету.
— Слваста не понимал, что произошло на Макуле? — раздраженно поинтересовалась Паула. — Эта планета — идеальный пример, почему нельзя использовать бомбы. Точка. Не говоря уж о программе этнической чистки.
— Ты не понимаешь, насколько Слваста боялся паданцев, — вздохнула с сожалением Кайсандра. — Он не мог рационально мыслить на эту тему. Он считал, что атомная бомбардировка — оправданный риск, если в результате Бьенвенидо освободится от паданцев. Правительство и сейчас так же думает.
— Тогда мне, вероятно, нужно поговорить с ними, — сказала Паула, — прийти к соглашению, чтобы усовершенствовать технологическую базу планеты.
— Удачи! — пробормотала Кайсандра.
— Политики всегда говорят.
— «Демократическое единство» состоит из дрянных фанатиков, единственное, что они ненавидят и чего боятся сильнее паданцев, это Содружество. Ты не поверишь, но наследие Найджела считается вредоносным.
— У меня есть кое-какой опыт, — сказала Паула. — И у нас есть знания всей человеческой расы, с помощью которых можно поторговаться. Наверняка они захотят получить что-нибудь. Самое главное — им нужно выжить, и я могу подарить им эту надежду.
— Но у нас нет времени, — вспыхнула Кайсандра. — Если мы хотим защитить планету, то продвинутое производство нам требовалось еще вчера. Найджелу понадобилось много лет, чтобы построить ракетные двигатели на твердом топливе и отправить в космос «Небесную властительницу». А ты не Найджел.
— Кайсандра… — одернул ее Флориан.
— Нет, я права. Паула здесь лишь по одной причине: она не Найджел.
— Верно, — кивнула Паула. — Поэтому нам нужно найти другое решение. На крайний случай нам нужно подумать о том, чтобы предложить паданцам сделку, пообещав эвакуацию.
— Что ты имеешь в виду? — спросил Рай.
— Предложить им временно приостановить дальнейшие попытки захвата Бьенвенидо, пока мы не построим звездолеты-ковчеги.
— Грязный Уракус! — воскликнул Флориан. — Но здесь же миллионы людей! И сколько времени это займет?
— Примерно век, — отозвалась она.
— Паданцы на это не согласятся. Ты же слышала Роксволка. Мы для них лишь закуска на пути к завоеванию планеты.
— Флориан, возможно, прав, — сказал Валерий. — Подобный договор не соответствует психологии паданцев.
— Я просто излагаю возможные варианты, — ответила Паула, ничуть не смутившись. — У вас есть возможность связаться с «Демократическим единством»?
— Нет.
— Тогда придется ее найти.
Кайсандра нехотя кивнула.
— Я знаю человека, у которого есть прямой доступ к главе Седьмого отдела, а ему, в свою очередь, доверяет премьер-министр. Мы получили сообщение, что он едет в порт Чана. Я спрошу его.
Коллективное хозяйство Адлтона располагалось в двух часах езды к юго-западу от Ополы, в седловине неглубокого ущелья. Первое из восьми фермерских хозяйств, растянувшихся на тридцать два километра. Плоское дно долины поделили на геометрически ровные квадраты — картофельные поля чередовались с сахарной свеклой и фасолью. Сосны и синие деревья покрывали холмистую землю вплоть до каменистых гребней, над которыми в термальных потоках парили огромные манта-ястребы. Их крылья, похожие на воздушных змеев, позволяли держаться в воздухе на протяжении нескольких дней, когда они бесшумно выискивали добычу.
Хозяйство расположилось на квадратной территории, обнесенной высоким деревянным забором, которому требовался ремонт. С одной стороны выстроились двадцать одноэтажных бревенчатых домиков, где жили работники с семьями. На другой стороне располагались более крупные общественные здания, сбоку — склады и зернохранилища.
Тракторы и копыта животных взрыхлили землю. Костыль Чаинга все время соскальзывал по грязи, поэтому он очень медленно ковылял от машины к административному зданию, где находился кабинет Шанагу, управляющего здешним хозяйством.