— Пересядь… — начал он и замолчал. Цветочки в прическе ненадолго сбили его с толку.
— Что за приветствие, капитан? — спросила Ангел-воительница с чарующей улыбкой.
— Ты?
— А ты кого-то другого ожидал увидеть? Другого офицера?
Он отчаянно надеялся, что она не подслушала его разговора с Фахи.
— Зачем ты пришла сюда?
— Нам надо поговорить.
— Где девчонка? Эсси?
— Ее зовут Паула. — Ангел-воительница отпила чай. — Делает все, чтобы помочь этому миру.
— То есть ввергнуть его в хаос.
— Не глупи, — отрезала она. — Прошло время споров.
Чаинг вдруг оторопел от ее враждебности, направленной на него. За прекрасным юным лицом скрывалась древняя личность.
— Прости, — пробормотал он. — Но ты должна рассказать мне, что происходит.
— Мы оба знаем, что паданцы вот-вот устроят апокалипсис. Мы с Паулой делаем все возможное, пытаясь остановить их, но, возможно, наших усилий недостаточно.
— Грязный Уракус! — Чаинг понимал, что ярость — лишь прикрытие для страха. Ему хотелось услышать совершенно другое, но Ангел-воительница подтвердила худшие страхи: апокалипсис близко.
— Будь мужиком, — поморщилась она. — В худшем случае, если они выиграют, Паула сможет открыть червоточину.
— Какую червоточину?
— Ту, что под дворцом, с помощью которой Лора Брандт попала на Урселл. Она все еще работает.
— Неужели? — Чаинг хотел спросить, откуда она знает. Ни в одном управлении НПБ даже не намекали на это.
— Да. Лора закодировала ее, но Паула, вероятно, сможет взломать код. Тогда мы сможем эвакуировать хотя бы детей.
— На Бьярн? — Уж об этом-то он слышал.
— Нет. Бьярн — дрянная альтернатива. Если ваше тупоголовое правительство осуществит операцию «Возврат» и забомбит Ламарн, чтобы уничтожить паданцев, вся планета будет отравлена. Бьенвенидо превратится в очередной Макул.
— И куда нам тогда эвакуироваться?
— На Аквеус.
— Да ты, Уракус побери, издеваешься! — воскликнул он.
— Если бы. У нас нет выбора, это единственная планета, на которой смогут жить люди. Вношу предложение: мы спасаем ключевую группу детей — обычных и элитариев — и несколько человек из вашего правительства.
— Я об этом подумаю.
— Нет. Позвонишь Стонелу и расскажешь ему. Люди во власти примут решение.
Он яростно взглянул на нее.
— Если бы ты захотела, то могла бы просто появиться во дворце. Я-то точно знаю, своими глазами видел, как ты это делаешь.
— Да, могла бы. Но при твоем содействии будет проще. Кроме того, мы заняты тем, что защищаем Бьенвенидо.
Он кивнул, понимая: выбора нет. На деле он выложил почти все свои козыри. Как было бы просто сейчас сказать: «А паданцы следят за „Готорой Ш“». Заручиться ее доверием и, может, даже сочувствием — настолько, чтобы попасть в группу эвакуируемых. Но он не смог заставить себя так поступить. Он из НПБ. А это имеет значение, даже сейчас. Кроме того, если он расскажет о судне, Дженифу вычислят на раз.
— Ладно. Я позвоню Стонелу.
«Как странно, ведь Стонел тоже этого хотел», — подумал он.
— Хорошо. Мне нужен тот, кто выслушает.
— Как ты собираешься защитить нас?
— Как смогу. — Девушка снова чарующе улыбнулась. — Нога лучше? Чувствую, врачи скрепили кость металлическими скрепками. Наверное, больно. Хочешь, я тебя исцелю?
«Вот же дрянь! Да, да, да!»
— Я в порядке, спасибо.
Она засмеялась.
— Мой капитан! Упрямый, как осел, до самого конца. Вот тебе подарок на прощание: не доверяй тем, кому, как ты думаешь, можно доверять.
— Что это значит?
— Прикрывай спину.
— Я тебе не верю.
Она поднялась и подмигнула.
— Ты никогда и не верил.
— Если Стонел ответит, как мне с тобой связаться?
— Дай руку.
— Что?
— Руку.
Нехотя он протянул ей здоровую руку. Она взяла ее и прижала к коже небольшой прозрачный прямоугольник, словно сделанный из целлофана. Пару секунд по нему бежали сверкающие зеленые прерывистые линии, потом все потухло. Чаинг готов был поклясться, что они всосались в кожу.
— Это твоя прямая телефонная линия со мной, — сказала Ангел-воительница, сняв прямоугольник. — Для активации приложи большой палец к костяшке указательного. Я свяжусь с тобой сама.
Он в тревоге поднес руку к лицу, пытаясь разглядеть зеленые линии.
— Что это? Что ты сделала? Я же говорил тебе, я не элитарий.
— Успокойся, капитан. Обычная монофункциональная ОС-тату.