— Я не знаю, что это такое.
— Органическая нейронная татуировка. Я установила небольшой передатчик под твою кожу.
— Вот же дрянь!
— Договорись со Стонелом о переговорах. Это важно.
И Ангел-воительница прошла вдоль столов и исчезла в ярком свете послеполуденного солнца.
Горячие потоки солнечного света проникали сквозь большие окна в государственный кабинет, словно непрошеные захватчики. Стонел пробирался сквозь них, стараясь не щуриться каждый раз. Над головой лопасти вентилятора слились в мутный круг, безуспешно пытаясь внести хоть какую-то свежесть в спертый воздух кабинета, который они месили.
Адольфус ждал его за столом, накинув пиджак на спинку стула и расстегнув ворот рубашки. Терезы на этот раз не было.
— Благодарю, что согласились встретиться со мной так быстро, — сказал Стонел.
— Я же не идиот, который не прислушивается к главе безопасности, — проворчал Адольфус и жестом пригласил его сесть. — В чем дело?
— Я только что побывал в подразделении передовой науки. Произошел прорыв в работе с аппаратом, сэр.
— В самом деле? Не ожидал это услышать. Дрянные реликвии из Содружества обычно не стремятся раскрывать свои секреты.
— Да. Но до сих пор у нас не было живого устройства.
Премьер-министр вскинул густые брови.
— Живого?
— Аппарат утверждает, будто он искусственный, но все-таки обладает разумом. Я говорил с ним.
— И что он сказал?
— Во-первых, женщину из Содружества зовут Паула, и она что-то вроде дипломата. Найджел привез ее с собой на случай, если придется вести переговоры с правительством в Бездне.
— Жаль, что он ее не задействовал.
— Весьма. Однако, по мнению аппарата, она поможет Бьенвенидо без всяких предубеждений.
— Что это значит?
— Она будет ко всем относиться одинаково, включая элитариев.
Адольфус оскалился.
— Вот как?
— Равноправие является целью общества Содружества. Мы всегда это знали.
— Достойно-достойно. Нужно только, чтобы кто-то еще сообщил об этом элитариям. Так насколько опасен аппарат?
— Сам по себе он не опасен. Однако то, как мы его можем использовать, совсем другой вопрос. Он сообщил, что является капсулой жизнеобеспечения со встроенной медицинской системой и содержит в себе память Джоуи Стейна. Раньше он находился на корабле Найджела.
— Он шутит?
— Нет, сэр. Насколько нам известно, подобное вполне возможно с технологиями Содружества.
— Медицинская система? Что-то вроде того, чем пользовались Капитаны?
— Не уверен, но несомненно одно: на протяжении двухсот пятидесяти лет Паула просуществовала в форме младенца. Кроме того, в аппарате хранится огромный запас знаний о технологиях Содружества. Он даже утверждает, будто знает, как построить звездолет.
— Мне не нужен звездолет. Я хочу получить то, что может уничтожить дрянных паданцев.
— Такое он тоже может нам предоставить, — ответил Стонел. — Именно поэтому я и пришел к вам. Аппарат предлагает научить сотрудников подразделения передовой науки тому, как создать детектор паданцев. Мы получим феноменальное преимущество. Если наши полки смогут определять паданцев на расстоянии, то мы расправимся с ними раз и навсегда.
— Что он хочет взамен? — подозрительно спросил Адольфус.
— Хочет прожить достаточно долго, пока мы не свяжемся с Содружеством. Таким образом Джоуи Стейн сможет вернуться к жизни.
— А как вы думаете, мы сможем быстро создать необходимое количество детекторов?
— Нам понадобятся тысячи, а я не знаю, сколько времени осталось, — бесстрастно ответил Стонел. — Кроме того, применение технологии Содружества несомненно приведет к изменениям существующего положения дел на планете. Это неизбежно.
— Разумеется. — Адольфус откинулся на спинку стула и уставился в потолок невидящими глазами. — Но Паула так или иначе изменит жизнь. Если подобная разработка поможет, то не она, а мы станем спасителями Бьенвенидо.
Когда Стонел сталкивался с подобным проявлением политической алчности, ему обычно всегда удавалось сохранить бесстрастное выражение лица.
— Да, сэр.
— Общество изменится, когда мы окончательно избавимся от паданцев. Просто я никогда не думал, что это произойдет во время моего срока. Но если мы сможем контролировать факторы, которые принесут изменения…
Дверь за спиной Адольфуса открылась, и в зал ворвались пять офицеров из охраны дворца.
— Сэр, — задыхаясь, сказал начальник телохранителей, — вы должны проследовать с нами. Мы начинаем процедуру перекрытия всех входов и выходов из дворца.