— Он убьет… убьется, если будет продолжать трепыхаться.
— У него нет другого выбора, — ответил Фергюс. — Если он доберется до бомбы…
Вспышка света пронеслась по восточному горизонту, яркая и быстрая, словно далекая молния.
— Удар дрона подтверждаю, — сказала Паула. — Прямо в цель. Ген-орлы сообщают о радиоактивном загрязнении воздуха. Бомба испарилась.
Марек находился в четырехстах метрах от трещины. Ему пришлось задержаться, чтобы убить еще одного сибера. Еще шесть приближались.
Угодивший в трещину паданец наконец-то освободился из зажавших его камней и перекатился на бок. От удара кулака тяжелый ящик открылся.
Марек бросился бежать. Ген-орел указывал ему самый безопасный путь. Благодаря биоконстуктивному мозгу АНС-дроид четко следовал маршруту. Ускорился до пятидесяти километров в час, задыхаясь от возбуждения и страха, приготовил мазерную винтовку, чтобы выстрелить сразу, как только он доберется до трещины, переключил луч на полную мощность и широкий угол атаки.
Паданец разодрал остатки деревянного ящика и потянулся к панели управления под ними.
— Нихренассе хрень, — прорычал Марек.
Флориан как раз пристрелил одиннадцатого сибера в своей группе, когда взорвалась ядерная бомба. Марек находился примерно в тридцати километрах к западу, но свет был настолько ярким, словно это случилось в десяти метрах. К счастью, на запад Флориан и не смотрел.
«Грязный Уракус!»
Прозрачная полоса, прикрывающая глаза, автоматически предотвращала попадание слишком яркого света на сетчатку. Однако сейчас все залило белым сиянием и даже иконки экзозрения погасли. Лесничий быстро зажмурился. Белый свет стал бледно-розовым — и только. Флориан закрыл глаза рукой, и наконец яркое свечение погасло. Экзоскелетный костюм сообщил об огромном выбросе радиации. Силовое поле, блокировавшее первоначальную гамма-вспышку, и так работало на пределе, но все же защищало. Сигналы большинства ген-орлов пропали. Его собственный мультисенсорный модуль сообщил о мощном электромагнитном импульсе. Связь с «Виконтом» уцелела благодаря пяти ген-орлам.
— Эта бомба не предназначалась для операции «Возврат», — сообщила Паула. — Она с модуля «Свободы», трехсоткилотонная. Вам нужно защититься от ударной волны. Шевелитесь! Я опускаю ген-орлов. Свяжемся, когда опасность минует.
Уровень яркости немного снизился. Флориан посмотрел на ослепительно-белое снежное поле под обрывом, прицел нашел выживших морских медведей. Двое из них, ослепленные вспышкой, начали спотыкаться. Остальные замерли, застигнутые врасплох. Затем лесничий сообразил, что слепящая дымка на снегу — на самом деле всего лишь флуоресцентный туман. Снег кипел, слой бурлящего тумана быстро расширялся, поднимаясь вверх.
Флориан повернулся и побежал через ложбину, которую заранее наметил для побега. Два ген-орла бросились вниз с чистого жемчужнобелого неба, один полетел вперед, обозревая извилистый проход, другой держался в трех метрах над головой.
— Вы их контролируете, — сказала Паула, и связь с ней прервалась.
— Кайсандра? — позвал Флориан.
— Я тут, милый, — отозвалась она. — Надеюсь, ты делаешь то, что тебе сказали, и готовишься к взрывной волне. Она дойдет до тебя примерно через минуту.
— Ага. Только все сложно. Я в ложбине.
— Дело дрянь! Выбирайся оттуда. Тебя сметет!
— Пытаюсь.
Теперь он находился вне прямой видимости, даже блики можно было стерпеть. Но пар ревел над головой между кромками снежных стен и сбивался в овраг. Он с трудом бежал по скользкой дороге. Густой пар мешал работе большинства датчиков.
Флориан поскользнулся. Безуспешно карабкаясь по покрытому паром льду, попытался встать на ноги, затем остановился, понимая, что нет смысла противиться. Он напрягся и начал набирать скорость. Заскользил по склону, как самый маленький в мире бобслей, полностью полагаясь на силовое поле, надеясь, что оно защитит его от камней, торчащих из растаявшего льда.
— Рай! — позвал Флориан.
— Я!
— Ты в порядке?
— Жив пока и делаю все, чтобы жить дальше.
— Еще увидимся?
— Договорились.
— Эй, а ты свою бомбу уничтожил?
— А то!
Флориан засмеялся на грани истерики. Он катился с пугающей скоростью, и вдоль ложбины текли потоки воды. На поворотах его слегка заносило вверх на стенку, а затем гравитация возвращала его обратно на дно.
Внезапно он вылетел из оврага и закружился. Смотреть было не на что. Струи пара, слишком плотного и турбулентного, и микротоки бросали его из стороны в сторону.