Юз-дубль сообщил о запросе на связь.
— Приветствую! — сказала Паула.
— Раньше мы не встречали людей.
— Думаю, мы с вами прибыли из одной и той же галактики, — ответила Паула. — Люди раньше встречали артефакты, которые вы оставили после себя. — Она отправила изображение гигажизни, обнаруженной Шелдонами.
— Это наши «отростки», кажется, у вас нет лингвистического определения для обозначения наших отношений с тем, что вы встретили. Предполагаю, вы определили их природу и создали микрочастицы, имплантированные в ваши клетки?
— Именно так. Надеюсь, мы не обидели вас этим поступком?
— Нет. Любая ранняя биологическая жизнь пытается исследовать и использовать окружающую среду. Мы понимаем.
— Благодарю вас. Могу ли я спросить, кто вы?
— У нас нет имени. Мы по природе — омега, суть всей жизни, эволюционировавшей на нашей родной планете. Теперь мы одно целое, хоть и разделены. Часть из нас путешествует к новым звездам. Мы произрастаем снова на безжизненных планетах. Конкретно эту планету захватила структура, которую вы зовете Бездной. Мы воспротивились ее преобразовательным целям и начали искать выход в рамках квантовых манипуляций с пространственно-временным континуумом. Нас выбросило сюда.
— Вы сказали, что путешествуете меж звезд. А отсюда вы можете выбраться?
— Мы уже покинули этот мир. Мы не знаем, сумели те, кто улетел отсюда, добраться до галактики или нет. Вокруг довольно враждебное пространство для путешествий, даже для нас. Но нам и здесь хорошо. Светило просуществует еще миллиарды лет, позволяя нам прогрессировать в мыслях.
— Но, когда пришли праймы, вы изменились.
— Мы лишь перешли в другое состояние. Можно сравнить его с вашим сном. Агрессивный биологический вид, праймы, прибыли сюда, желая захватить землю и ресурсы. По сравнению с нами они живут очень недолго. Мы просто решили подождать, пока наступит их конец либо они преобразятся благодаря просвещению.
— Конец их уже наступил. Их уничтожили люди.
— Сожалеем. Жизнь ценна.
— Есть еще одна форма жизни, изгнанная к этой звезде, которая угрожает людям. Паданцы. Биологический вид, способный к самоизменению. Они преобразуют себя для колонизации других планет и уничтожения местных видов. Вы могли бы помочь нам победить их?
— Мы не вступаем в конфликты. Предпочитаем уйти в убежище.
— Я не прошу вас драться, — сказала Паула. — Однако думаю, что внутри Валатара у нас есть союзники, и мне нужно освободить их.
— Валатар — довольно странная конструкция. Он находился здесь уже тогда, когда мы прибыли к этой звезде.
— Я обнаружила некий, по моему мнению, генератор, который поддерживает его. Наша червоточина может подобраться к нему. Вы согласитесь проанализировать его, чтобы определить, как он отключается?
— Если мы сделаем это, ваши союзники помогут покончить с паданцами?
— Есть и другие варианты. Я лишь хочу вернуть людей в нашу галактику, в нашу культуру. Это все, о чем я их попрошу.
— Хорошо. Тогда мы исследуем генератор Валатара.
— Благодарю вас.
Было далеко за полночь, когда небольшая автоколонна без остановки проехала через центр Варлана. Приказ был отдан самим командующим, и путники беспрепятственно преодолевали блокпосты, натыканные по всему городу.
Сидя на переднем пассажирском сиденье головной машины, Чаинг с беспокойством смотрел на темные безлюдные улицы. Фары освещали замершие, брошенные между остановками трамваи. Иногда во встречном направлении проезжали полковые бронетранспортеры, а затем все снова затихало. Именно это и нервировало. В столице всегда кипела ночная жизнь, и обычно в такое время на улицах и бульварах, в многочисленных клубах и театрах толпились люди. Но теперь практически повсюду господствовал мрак, лишь изредка за занавешенными окнами мелькали случайные проблески свечей. Весь город погрузился во тьму. Насколько Чаинг знал, все окружающие здания пустовали.
— А что, свет отключили тоже из-за военного положения? — спросил он водителя в форме НПБ.
— Никак нет, сэр. Ублюдки вечером напали на электростанцию. По радио сказали, что к завтрашнему утру инженеры все восстановят.
— Хорошо бы, — сказал Чаинг, не веря своим ушам.
На базе сил воздушной обороны, находившейся за пределами города, где они приземлились, царила суматоха. В течение нескольких минут, пока Роксволка пересаживали в бронированный автомобиль для перевозки заключенных, Чаинг насчитал пять больших транспортных самолетов, вылетевших в направлении севера.