— Нет. Нам бы пришлось применить бесконечное количество энергии, чтобы отменить это искривление, гораздо больше, чем производит сама граница. У нас нет такого количества энергии.
Атомная бомба выглядела на удивление безобидной, хотя самого механизма Чаинг, разумеется, не видел. Кожух состоял из металлического цилиндра оливково-зеленого цвета длиной два метра, с маленькими желтыми буквами и цифрами, нанесенными по трафарету, — такими же, как и на всех ящиках с боеприпасами, когда-либо изготовленных на государственном военном заводе. Бомба стояла на мраморном полу рядом с широким столом премьер-министра, словно ее поставили туда по ошибке.
Хотя Чаинг уже привык к масштабам дворца, просторный кабинет его потряс и показался капитану слишком уж вычурным. «Неужели для работы одного человека требуется кабинет размером с футбольное поле? Вот же дрянь, эти старые Капитаны были натуральными разложенцами. А наши премьер-министры вообще не такие! Ага, конечно!» — думал он.
Утренний свет проникал сквозь высокие стрельчатые окна, освещая настенные росписи. Летели самолеты воздушной обороны, солдаты полка бдительно шагали по джунглям и сельхозугодьям, а героические рабочие строили новые фабрики на Бьенвенидо.
В приемной, предварявшей кабинет, находилось восемь охранников из Седьмого отдела, еще трое сидели в маленьком коридорчике по ту сторону зала-кабинета. Майор из подразделения атомного оружия ждал капитана возле бомбы. Он показал Чаингу отверстия под маленькой крышкой на боку.
— Вам нужно повернуть ключи одновременно на девяносто градусов для активации, подождать тридцать секунд, чтобы запустить последовательность, а затем повернуть еще на девяносто градусов.
— И все? — удивился Чаинг.
— Так точно, — мрачно козырнул майор и ушел.
В кабинет вошли Корилла с Дженифой. Корилла пораженно оглядывалась, меряя шагами длинный зал, качала головой, разглядывая аляповатую роспись, затем съежилась, заметив черепа паданцев в нишах. Она наконец-то рассмотрела стол и, обогнув его, торопливо уселась в кресло.
— Надо же хоть раз в жизни это сделать, — радостно сказала она, устроившись. — Ты, — обратилась она к воображаемому помощнику, — организуй покушение на всех моих оппонентов. А ты принеси-ка мне шампанского с клубникой!
— Пора бы повзрослеть, — проворчала Дженифа.
— Увы, не успею, — буркнула Корилла, улыбка тут же слетела с ее лица. — Ни теперь. Ни вообще никогда. — Она повернулась к дешевым книжным шкафам, стоящим у задней стены. — И что у нас тут премьер-министры читают?
Дженифа перестала обращать на девушку внимание и подошла к большому окну. Нахмурилась, когда посмотрела во внутренний двор.
— А что здесь делает космический аппарат?
Чаинг прихромал к ней поближе и увидел космический аппарат прямо посреди двора. Цилиндр, который ни с чем невозможно перепутать, блестел в тусклом свете, проникавшем через высокий забор. Двое сотрудников в белых халатах из подразделения передовой науки Седьмого отдела праздно стояли рядом. На глазах Чаинга во двор въехал маленький трактор, он тянул за собой платформу. На ней лежала металлическая сфера с огромным иллюминатором на одной стороне и открытым люком на другой, ей явно не хватало деталей. Чаинг сразу понял: тоже какой-то артефакт из Содружества — слишком уж сложным он выглядел, чтобы его могли собрать на Бьенвенидо. Капитану вспомнился спускаемый аппарат «Свобода», но этот выглядел больше и лучше.
— Может, на Бьярн забирают? — предположил он.
Одна из женщин, стоявших на дорожках сада, Фаустина, руководила своими коллегами, которые несли маленькие коробки. Казалось, они готовятся куда-то ехать.
— Чего трепыхаться? — тихо произнесла Дженифа. — Общеизвестно, чем все закончится.
Чаинг отвернулся, перешел на другую сторону кабинета и выглянул в окно, выходившее на бульвар Брайана-Энтони за крепкой стеной дворца. На дворцовой площади стояли отряды и бронетранспортеры, а за главными воротами собралась толпа гражданских. Чаинг заметил среди них много детей. Люди смотрели на фасад дворца, не скандировали лозунги, не потрясали кулаками. Просто смотрели. Ждали.
— Кажется, ждут спасения, — удивленно сказал он.
— Вот дураки, — горько отозвалась Дженифа. — Пара часов всего осталась. Лучше бы сидели дома со своими семьями.
Чаинг заметил, что по всему городу поднимаются в небо дым и пламя пожаров. Сильнее всего горело в районе реки.
— Боюсь, и того меньше.
Над крышами разносились звуки выстрелов. Дворцовые ворота открылись, и с холма на улицу спустилась колонна.