Операционная система скачалась и установилась, Флориан получил откровение и все сразу понял. Он инстинктивно определил функции всех иконок экзозрения. Это были инструменты для форматирования зрения, слуха и ощущений. Файлы распаковывались, занимая место в лакуне памяти. Энциклопедии. Специализированные файлы. Даже развлекательные. Медицинские программы принялись мониторить его физиологию, показывая температуру тела, пульс, уровень кислорода в крови, уровень токсинов, гормоны, мышечную деятельность, нервные пути, нейронную активность.
— Ах ты ж грязный Уракус, — выдохнул он в полнейшем восхищении.
Малышка начала плакать.
— Ты серьезно? — заворчал он. — И вот именно сейчас?
Она хотела есть и изо всех сил требовала, чтобы ее покормили. Обреченно вздохнув, Флориан отложил исследование обретенного богатства на потом и вытащил очередной пузырь. «Дело дрянь, остался всего один». Пока детка заглатывала содержимое пузыря, он уселся на диван и нашел файл об обогащенном молоке. Оно напоминало обычное молоко, но с повышенным содержанием белка и витаминов, а также особых концентрированных жиров и гормонов. Флориан перешел по ссылкам в энциклопедию, но вскоре быстро потерялся в терминах, которые пока не понимал. Хотя информация и заполнила лакуны памяти, ему не хватало понимания. Космический аппарат не переслал ему образовательного пакета.
— Уракус!
Все равно что видеть, как играет оркестр, но не слышать его.
Итак, младенец Содружества нуждался в обогащенном молоке. Флориан не знал, чем малышка отличается от детей Бьенвенидо, но где-то в файлах наверняка имелось объяснение. Он решил обязательно освоить поисковую функцию — чуть позже. Флориан обратился к операционным файлам пищевых процессоров и отправил на один из них код активации. Верх отделился, малметалл начал расширяться, позволив плайпластиковой емкости набухнуть и принять форму большого конуса. Флориан радостно засмеялся и заставил цилиндр проделать то же самое еще несколько раз, прежде чем понял, что ведет себя по-ребячески.
Он помог малышке срыгнуть, одновременно просматривая файл о том, какую еду нужно класть в емкость. Растительная пища, козье молоко тоже сойдет, белки (например, остатки кроличьей похлебки), вода, варенье для сладости.
Пока малая спала — скоро все равно снова придется ее переодевать, — лесничий торопливо собрал ингредиенты и засунул их в гладкую коническую емкость. Микросеть пищевого процессора потребовала закрепить пузырь. Флориану пришлось использовать всю кипяченую воду, чтобы простерилизовать пузыри, осталось чуть-чуть, на чашку чая. Чайник снова стоял на огне. Использованные пузыри лесничий простерилизовал в большой медной кастрюле, а затем закрепил один из них внизу пищевого процессора. Затем с наслаждением начал наблюдать, как емкость медленно переварила смесь и струйка обогащенного молока наполнила пузырь.
«Я заставил его заработать!»
Вскоре снова понадобилось менять подгузник. К этому времени один пузырь заполнился, и Флориан приладил второй. Потом он вспомнил, что не покормил Тила, и позаботился о нем. Чайник, громко засвистев, разбудил ляльку. Лесничий снова укачал ее. Затем нужно было почистить емкость, выбросить непереваренную еду, подготовить процессор к очередной порции.
Наступил полдень (куда утекло утро?), а Флориан не съел ничего, кроме трех ломтиков хлеба. Три недели назад во время поездки в магазин в Ваймондоне он купил ветчины. Немного еще осталось, какое облегчение! Нужно поесть перед путешествием к тете Тераннии. Когда он будет собираться в путь, Флориан не знал, и что с собой брать — тоже. Скоро нужно будет снова кормить малышку. И…
Тил поднял голову и шевельнул ушами. Вскочил и залаял, обнюхивая дверь. Малышка завозилась.
— Тихо, мальчик, — сказал Флориан псу, меньше всего он хотел снова укачивать ребенка.
Лесничий выглянул из окна. По дороге, направляясь к избушке, ехали три улучшенных варианта его «Опенленда» — три черных полковых вездехода.
Домик лесничего из долины Альбина стал седьмым по счету, который Чаинг посетил в этот день. Вертолет доставил его к большому фермерскому дому в долине Наксиан через час после отлета с аэродрома Ополы. Чаинг никогда раньше не летал на подобных аппаратах. Отсутствие крыльев его сильно беспокоило, хотя радостное настроение пилота во время взлета вселило уверенность в успешности предстоящего полета. Когда летательный аппарат нырнул в мрачные низкие облака, затянувшие предгорья Сансонских гор, Чаинг крепко схватился за сиденье и возблагодарил Джу за то, что перед вылетом принял обезболивающее: оно помогло снизить градус тревоги.