Нож дрогнул в руке мага, но не упал. Фаран вопросительно взглянул на Рудиру.
— Он зачарован, — объяснила та. — В нем столько магии, что я не могу ничего с ним сделать.
— Тогда оставь. Вперед — во дворец!
— Во дворец! — подхватили Варрин и Кирша. Ханнер, проталкиваясь сквозь чародеев к первой пятерке, заметил, что Йорн не присоединился к ним и выглядел донельзя несчастным, а голос Рудиры оборвался на полуслове.
Она смотрела на север — не на дворец, а куда-то за него.
— Дядя Фаран! — позвал Ханнер.
Фаран обернулся на ходу.
— Что ты тут делаешь, мальчик? — удивился он. — Это небезопасно.
— Сам знаю, — сердито буркнул Ханнер. — Но вам может понадобиться кто-нибудь еще — чтобы говорить с правителем.
Снова полыхнула молния, но на сей раз Фаран даже не удостоил ее взгляда. Как и первая, она взорвалась на стене, не причинив никому вреда.
— Возможно, ты прав, — согласился Фаран. — Азрад может потребовать кого-нибудь незамаранного. Из того, что он наговорил мне в нашу последнюю встречу, и из слов капитана Нараля видно, что он считает чародейство врожденным злом. — Он кивнул. — Идем.
Ханнер встал в строй. В центре был Фаран, справа от него — Варрин, слева — Рудира, за Рудирой — Кирша, за Варрином — Йорн. Ханнер пристроился между Рудирой и дядей. Он очень тревожился за Рудиру.
За ними нестройной толпой двигались еще десятка два чародеев, но первые ряды являли собой некое подобие порядка.
Являли — пока Фаран, согнувшись, не схватился за живот.
Рудира развернулась и взглянула творящего заклинание волшебника. Взмах руки — и маг отлетел назад.
Фаран выпрямился, откашлялся и произнес:
— Спасибо. По-моему, это было заклятие Бури в Желудке. — Он сглотнул. Краска возвращалась к его лицу. Он поправил плащ и двинулся дальше.
Пару минут спустя стена достигла Второй Западной улицы и поползла через перекресток. Отряд приостановился.
— Повернем? — спросил Варрин. — Так короче всего.
— Думаю, более впечатляющим, а значит, более действенным, будет пройти вдоль по Центральному проспекту. — Фаран махнул рукой на запад. Он собрался продолжать, но заметил, что Рудира повернула, будто не слыша его слов.
— Рудира! — окликнул он. — Сюда!
Рудира мотнула головой, рыжая грива ее взметнулась, словно на сильном ветру, хотя воздух за стеной силы оставался неестественно неподвижным.
— Зовет, — сказала она — и Ханнер понял, что ноги ее уже не касаются земли. — Я слышу, я ощущаю, я почти вижу зов!
Она плыла на север по Второй Западной улице, медленно поднимаясь и отдаляясь от остальных. Волшебная преграда разделилась: одна ее часть, окружавшая лорда Фарана и его спутников, застыла на месте, другая же следом за Рудирой двинулась по самой середине Второй Западной улицы. За этим в смятении следили сбившиеся в кучу солдаты и горожане; кое-кто поворачивался и удирал, другие оставались на месте.
— Рудира, подожди! — крикнула Кирша. — Что тебя зовет?
— Я тоже слышу, — сказал Варрин.
— Но что это? — не унималась Кирша. — Мы не знаем! А может, это что-то злое заманивает нас в ловушку?!
Все замерли в нерешительности, и Ханнер не выдержал; он помчался за Рудирой, выкрикивая ее имя.
Она уже поднялась высоко; Ханнер подпрыгнул и схватил ее за ногу, стянув зеленый башмачок. Она даже не оглянулась — только поднялась выше и полетела быстрее.
— Иду! — кричала она на лету.
Ханнер, задыхаясь, остановился и следил, как силуэт Рудиры тает вдали — она мчалась ввысь и на север, быстрее и быстрее, пока не исчезла над крышами Пряного города.
Барьер, очистивший большую часть Второй Западной улицы, исчез с ней, и, когда Ханнер отвел взгляд от северного неба, то увидел с полдюжины стражников — они приближались, наставив копья.
— Ох нет! — пробормотал он, пятясь.
Он не хотел бежать; бежать от врага — унизительно. Он пятился, солдаты наступали. Один из них отшвырнул в сторону сброшенный Рудирой башмачок.
Потом они застыли, словно наткнувшись в стену.
— Сюда, лорд Ханнер, — окликнула Кирша.
Ханнер повернулся.
Четверо оставшихся чародеев по-прежнему стояли на перекрестке. Ждут меня, понял Ханнер. Он направился к ним, стараясь сделать вид, что ничего особенного не произошло.
— Она улетела, — сказал Йорн, глядя на север.
— Знаю, — ответил Ханнер. — Почему вы не попытались остановить ее?
— Я пыталась, — возразила Кирша. — Ты разве не почувствовал? Но она всегда была сильнее.