— Можешь вернуться, когда захочешь, — заверил ее Ханнер. — А если дядя нас отсюда выставит или нам надоест тут сидеть и мы разойдемся по домам, приходи во дворец и спроси меня.
Дессет кивнула. В конце концов все, кроме Рудиры и Зарека, решили уйти; правда, кое-кто обещал вернуться. А Отисен, пока ел, передумал.
— На хуторе меня так и так не ждут раньше, чем через пару дней, — заявил он. — Если я полечу туда, я доберусь быстро, можно отправиться завтра или даже послезавтра... и вообще, я хочу знать, что и как.
— А ты можешь летать? — удивился Ханнер. — Прошлой ночью, насколько я видел, ты не летал.
— Летал немного, — вгрызаясь в ветчину, ответил Отисен. — А теперь, кажется, у меня получается лучше.
— Я рад, что ты остаешься, — сказал Ханнер. — Но если хочешь учиться летать, учись, пожалуйста, в саду, а не в доме.
Отисен улыбнулся и кивнул — отвечать с набитым ртом ему было затруднительно.
Остальные разошлись задолго до полудня, и Ханнер наконец закончил завтрак. Трое оставшихся чародеев — Рудира, Зарек и Отисен — помогли Берну убрать со стола и прибраться в столовой, стараясь не мешать погруженному в раздумья Ханнеру.
Он пытался решить, что делать с чародеями, особенно пленниками, но обнаружил, что мысли его занимает дядюшка: зачем бы ему такой огромный и роскошный дом и почему он сделал из него тайну — в конце концов он ведь не женат, так что все его великое множество любовниц не наносит особого оскорбления ни морали, ни обычаям. Одиннадцать спален, не считая комнаты Берна! Четыре этажа...
И что находится на верхних двух этажах? Ханнер вспомнил, как Берн говорил: туда нельзя никому, кроме Фарана. Так что же дядюшка прячет там?
Это вовсе не мое дело, сказал он себе, да и излишнее любопытство к добру не приведет. И вообще, следует думать о чародеях.
Маги ли они? А может быть, с ними случилось то же, что с ведьмами во время Великой Войны, и магические способности свалились на них помимо их воли? Но если так, то не убило ли кого-нибудь из ведьм столь свободное расходование Рудирой ее новой силы?
И какую роль играют сны? А крики?..
Он вспомнил прошлую ночь, когда шел по Рыночной улице, проводив Мави домой...
Все ли у Мави в порядке? Захватило ли ночное безумие и ее? Надо выяснить это, и он выяснит — при первой возможности.
Кстати, можно бы сходить прямо сейчас...
Пленники, напомнил он себе, да не просто пленники, а обладающие опасной силой, нельзя оставить их в дядином доме под охраной только нищего, уличной девки, мальчишки-хуторянина и управителя.
Да и самих нищего, шлюху и хуторянина нельзя оставить здесь без присмотра? Ханнер слишком плохо знает их, чтобы доверить дядюшкины богатства.
Придется попросить Альрис или Нерру сходить к Мави. Да так будет и приличнее.
Он очень надеялся, что с ней все в порядке. Он вспомнил, как споткнулся па ровном месте, как раз когда поднялся крик. Если она так же споткнулась на лестнице, то могла упасть...
А кстати, с чего это он споткнулся?
Он нахмурился и ответа искать не стал.
Так что же ему делать с чародеями?
Глава 14
После того как в особняке погас свет, Кеннан сдался и отправился домой; но, клялся он себе, ничего еще не кончено.
Дожидаясь его, Санда уснула в кресле у двери; он оставил ее там, а сам поднялся к себе и на несколько часов забылся беспокойным сном.
Проснувшись, он первым делом убедился, что Акен не вернулся, а Санда и дети целы и невредимы; потом быстро позавтракал хлебом с сыром и снова отправился во дворец.
И снова его туда не пустили.
Интересно, думал он, глядя через канал на сияющие мраморные стены, что сейчас происходит за ними?..
Как раз в это время лорд Азрад поник в кресле и уныло воззрился на своего брата Кларима. Потом обратил взгляд на всех, кто собрался в малом приемном зале.
— Где лорд Фаран? — спросил он.
— Полагаю, он спит, — доложил капитан Венгар. — Он был на ногах почти всю ночь.
— Я тоже, демон меня побери, но я же здесь!
Венгар чуть поколебался, но все же возразил:
— Милорд, вы отошли ко сну через час, может, два после полуночи. Лорд Фаран принимал донесения до самой зари. Я думаю, он отправился к себе, только когда взошло солнце.
— Немного тебе будет проку от него полусонного, — заметил лорд Кларим.
— Да от него вообще, по-моему, немного проку, — пробормотал Азрад Младший. Его сестра Имра предостерегающе шлепнула его по руке.
На этот утренний совет лорд Азрад собрал свое семейство — тех его членов, разумеется, кто был под рукой, то есть трех братьев и обоих детей. Четыре его сестры давно уже были выданы замуж — Заррея, младшая, за Эдерда IV, правителя Этшара-на-Песках, три остальные — в дальние королевства и баронства, а жена, Тера из Аллории, и одна из старших сестер, Лура, много лет как умерли.