Чародеи — прекрасные шпионы, идеальные убийцы. Они могли бы перелетать через стены, ломать своей магической силой замки... Фаран не был уверен, что они смогут отпирать замки, не ломая, и убивать на расстоянии кого угодно, не оставляя следов.
Воспользуется Гегемония этими возможностями — она сможет править миром, отвоевать Малые Королевства, Пиратские Города и северные земли. Попытается затоптать чародеев — и сила их обратится против нее.
Говорить об этом, однако, было бы неблагоразумно: Азрад уже все решил и почти наверняка предпочтет горстку явных чародеев-врагов в подполье сотням не принявших ничью сторону чародеев, свободно живущих в городе.
Фаран же, со своей стороны, ясно видел открывающиеся возможности. Любые иные разновидности магии обладали недостатками, слабостями, ограничениями: волшебникам необходимы экзотические вещества и сложные ритуалы; ведьмовство, достаточно серьезное, чтобы принести пользу, почти полностью лишало ведьму сил; жрецы зависели от капризных, связанных условностями богов, с которыми им приходилось общаться, — и так далее, тогда как чародею достаточно всего лишь подумать, чего он хочет, всего лишь хорошенько пожелать — и задуманное совершалось. Владея подобными чарами, честолюбец мог добиться почти всего.
Стоит Фарану сейчас мысленно потянуться и сжать перетруженное сердце лорда Азрада...
Но действовать так — значит чересчур торопиться. А кроме того, Азрад Младший, Азрадов сын и наследник, который когда-нибудь, если все пойдет, как ожидается, станет Азрадом VII, деятельный крепыш тридцати пяти лет от роду, был куда менее знаком Фарану и куда хуже управляем, чем нынешний жирный лентяй.
— Не думаю, что его следует делать, — наконец проговорил Азрад. — Насколько я слышал, они оба имели дело с чародеями. Сомневаюсь, что им можно доверять, — по крайней мере пока с чародеями не покончено.
— Но они могли бы многое рассказать нам о чародеях! Надо же нам знать, насколько они на самом деле опасны.
— Эта тема закрыта, лорд Фаран! Они показали себя достаточно опасными, чтобы от них избавиться.
Никогда еще правитель так не раздражал Фарана; желание сжать это сердце все возрастало.
— Разумеется, милорд, — сказал он.
— Когда все закончится, лорду Ханнеру и леди Альрис будет дозволено возвратиться во дворец — при том условии, конечно, что они не чародеи.
— Но не раньше?
— Не раньше.
— В таком случае, милорд, мне стоит подумать, кого еще можно послать с определенными заданиями.
Возможно, лучше не сердце, а горло... Возможно, если Азрад начнет задыхаться, а потом придет в себя...
Нет. Это ничего не изменит, только разбудит в Азраде подозрения.
— Вот и займитесь. — Азрад махнул рукой, отпуская его.
— Да, милорд. — Фаран поднялся, слегка поклонился и повернулся, чтобы уйти.
Он шел через зал — а кулаки его сжимались и разжимались. Сила кипела в нем, просилась наружу, как подходящее тесто, жаждала быть использованной. Самым трудным было открыть дверь рукой, а не магической силой...
Но тут дверь распахнулась сама, едва не ударив ему по носу, и Фаран ударил мыслью в ответ, отправив створку назад. И отступил, пораженный.
Дверь отворилась снова, на сей раз медленнее, и из-за нее выглянул капитан Венгар.
— Простите, милорд, я не знал, что вы здесь, — извинился он. — Меня вызвал правитель.
— Все равно надо стучать! — сердито отвечал Фаран.
— Капитан! — Тона, которым Азрад окликнул стражникa, лорду Фарану за все его годы во дворце слышать не приходилось. Удивленный, он повернулся к трону.
— Да, милорд!
— Капитан, этот человек — чародей, — проговорил Азрад медленно, ясно и громко, как не говорил никогда, хотя и не очень твердо. — Когда он только что захлопывал перед тобой дверь, он не коснулся ее. Выдвори его из дворца и позаботься о том, чтобы он не проник назад — впредь до моего особого распоряжения.
— Что?! — выдохнул Фаран. — Азрад, это чушь!
— Я видел, что видел, милорд. Вы не шевелили руками, когда дверь захлопнулась. Почему вы не сочли возможным сообщить мне о том, что изменились, не знаю, но знаю, что отныне не могу доверять вам. Ступайте с миром — и хотелось бы думать, что из соображений собственной безопасности вы покинете не только дворец, но и город.
Глаза правителя были неестественно расширены и влажны, будто полны слез.
— Но... вы же не могли — через весь зал...
— Капитан!
Венгар положил руку Фарану на плечо.