– Я так и не представился, – сказал он, оборачиваясь, – но, признаться, не вижу в этом нужды. Скоро для вас я стану просто Хозяином. Не считаю себя хорошим магом, – нет, на это не претендую. Но вот алхимик я неплохой. Всего один глоток этого чудесного напитка, подкрепленный маленьким заклинаньицем – каюсь, каждый раз читаю его по бумажке! – и вы навсегда останетесь моими верными слугами. Напиток начнет действовать в полную силу одновременно со «слизью» оборотней.
Окруженные тремя оборотнями, из которых двое плотоядно скалились, а третий задумчиво поигрывал ножом, девушки особенно не дергались.
– Они чего, нас кусать будут? – спросила Лисса, косясь на уродливых «волков».
– Нет-нет, – старик поморщился, – я не люблю этих кровавых сцен, да и вервольфы могут не сдержаться: голодные все-таки. У меня все культурно и аккуратно – тоненький порез ножиком, предварительно опушенным в суспензию со «слизью». Ивона, отдавая должное вашей любознательности (да и ваша спутница, похоже, не уступает вам по этой части), я могу поделиться с вами… Пока вы еще в состоянии оценить… – Он улыбался и натягивал перчатки из тонкой, прекрасно выделанной кожи. – Я немного воздействовал на «слизь» оборотней и изменил ее свойства. Теперь развитие болезни протекает медленнее – примерно лет пять, а то и больше, и нету этой глупой связи с луной.
– Это потрясающе! – почти искренне воскликнула Лисса.
– Я знал, что вы оцените, – старый алхимик на мгновение скромно потупился. – Но, пожалуй, хватит разговоров…
Его фразу перекрыл какой-то шум, донесшийся через приоткрытую дверь. Старик досадливо поморщился.
– Анджей, посмотри, что там стряслось! – приказал он.
Оборотень-человек направился к двери, но едва он достиг проема, как какое-то крупное животное ворвалось внутрь, издавая утробное рычание. Незадачливый Анджей был мгновенно сбит с ног и стоптан копытами, а плотоядный конь остановился посреди помещения, храпя и пытаясь сориентироваться, где враги. В освещенном пространстве была видна его странная буровато-мышастая масть, темный окрас гривки и хвоста и рисунок из черных и светлых полос на ногах.
Алхимик испуганно отступил назад, а оборотни, ощетинившись, повернулись к «коню». Ивона тут же воспользовалась случаем и швырнула пульсар в ближайшего вервольфа. Тот взвыл дурным голосом, отлетев на сажень и с силой ударившись о шкаф. «Конь», определившись в выборе, метнулся ко второму оборотню, сбил его с ног и тут же, с противным хрустом, погрузил клыки в его шею. А вслед затем в дверь ворвался совершенно голый, но зато вооруженный мечом Сивер. Он в прыжке ткнул клинком начавшего было подниматься Анджея, и тот, хрипя, растянулся на полу.
– Быстро наверх! – скомандовала Ивона. – И чем выше – тем лучше!
Обе девушки с завидным проворством забрались на ближайший шкаф (тот угрожающе закачался), а затем перелезли на массивную балку под потолком.
Как из-под земли выскочили, на ходу заканчивая трансформацию, еще два оборотня. Клыкастый «конь», выплюнув труп их сородича, немедленно обернулся.
– Леший, сколько же их тут! – воскликнула Ивона. Аккуратно слепив новый пульсар, она добила им обожженного, воющего от боли вервольфа.
Сивер к этому времени успел оседлать вторую балку и теперь с безопасного места следил за поединком «конь – оборотни». Самое удивительное, что старый алхимик, бросив свои реторты, поспешно карабкался на тот же «наблюдательный пункт». Шкаф, посредством которого он это делал, в последний момент не выдержал и рухнул, рассыпая гримуары, а старик повис на руках, старательно пытаясь закинуть ногу на балку. Внизу, топча бесценные книги и расшвыривая колбы, метались три – впрочем, нет, уже две – рычащие тени: один из оборотней скулил, отброшенный в угол. Ивона швырнула в него пульсаром, но промахнулась, оставив на стене и на полу большое обугленное пятно.
Сидеть нагишом на пыльной и плохо оструганной балке было неудобно и неприятно. Но меня сейчас заботило не это. Я подался вперед, выставив перед собой меч, на треть испачканный темной кровью. Старый алхимик, успевший-таки забраться на балку с другого конца, отшатнулся.
– Ну что, Везилий, встретились? Все никак не успокоишься? – спросил я угрожающе.
– Сивер! Ты же не зарубишь меня?! – старик держался с вызовом, но я чувствовал его страх.
– Могу сейчас царапнуть вот этим клинком, – процедил я. – А потом уже зарубить на законных основаниях – как оборотня! Но ты прав, я этого пока не сделаю. Поскольку и в Магическом Совете, и в Королевской Ассоциации Алхимиков Берроны я знаю людей, давно желающих с тобой побеседовать. Пристрастно.
Я продвинулся вперед еще на локоть, стараясь не обращать внимания на занозы. Старик сник и тихо заскулил.
Внизу тем временем последний уцелевший оборотень решил для себя, что скромность – лучшая доблесть, и, последний раз рыкнув на «коня», метнулся к двери. В тот же миг за дверным проемом мелькнула конеподобная тень… Снаружи донесся визг вервольфа и уже знакомый противный хруст разрываемой плоти….
Я слегка качнул кончиком меча.
– Сколько у тебя еще этих ублюдков?
– Еще один должен быть… – Везилий обвел безнадежным взглядом погром внизу и искалеченные трупы вервольфов. Плотоядная лошадь подняла к нему окровавленную морду и хрипло то ли заржала, то ли зарычала.
– Тогда все в порядке, – я уселся поудобнее. – Его уже давно подружка этого вот коняки в землю втоптала. Экая ж ты мразь, Везилий! Армию из вервольфов сделать собрался…