Помощь оказалась не в меру простой: её попросили всего лишь достать чего-нибудь съестного и привести с собой Ноктиса. На вопрос о том, почему перевёртыш не может всё сделать сам, Владыка великодушно пояснил, что Ноктис, таскающий еду и прогуливающийся в одиночестве до покоев правителя, вызовет слишком много подозрений.
Покидая покои, Оливия все никак не могла отделаться от крутившегося в голове вопроса, озвучивать который не рискнула бы никогда в жизни.
2.
– Если ты заденешь меня ещё раз, я тебя привяжу.
Глухо рыкнув, Айорг из принципа толкнул тави в плечо и тут же еле успел увернуться от оплеухи. Самаэль махнул рукой не глядя, но имел все шансы попасть в цель.
В ночь на эту самую кровать они в буквальном смысле завалились. Ногам стало хуже, и, больше сконцентрированный на них, валакх не до конца соображал, куда именно распахнул переход. Надеялся, что это будет поместье семьи Гринд, но Самаэль на первом же шаге ударился коленом об изножье владыческой постели и вместе со своей небольшой ношей рухнул на перину. В следующие несколько минут Айорг пополнил свой запас лексикона портовых грузчиков парочкой новых фраз, но делать что-то ещё отказался.
Так и оказались в одной постели, и валакх не мог сказать, что присутствие тави его каким-то образом смутило. У Гринда под боком вообще оказалось донельзя тепло и приятно спать. Источнику тепла об этом, конечно, знать не стоило, да он и не спрашивал, удовлетворившийся вновь воцарившейся тишиной и вернувшийся ко сну.
Хотя, раз махал руками и возмущался, значит, понемногу начал приходить в себя. Прикинув примерно, Айорг пришёл к выводу, что тави выспится в течение следующей пары часов.
Он хотел бы сказать, что достаточно отлежался сам, но ноги до сих пор двигались с трудом. Не кровоточили, и на том спасибо. Даже во сне не оставляли мысли о произошедшем.
В какой момент он просчитался?
Подложив под спину подушку, валакх откинулся на неё и со вздохом закрыл лицо ладонями. Он никогда не недооценивал Василиска – так он сам, по крайней мере, думал. Короля Богов могли считать симпатичным дурачком остальные родственники, но старший провёл рядом достаточно времени, чтобы понимать, что это заблуждение было на руку.
Пока Крокум и компания свято верили, что их младший – святая простота в плоти, последний мог творить что угодно и каждый раз выходить сухим из воды. Одно предположение о том, что он был причастен к произошедшему в Пантеоне, взбесило Санбику в считанные секунды: в её понимании Василиск просто не был способен на подлости и интриги.
Но ведь Айорг не был таким, как младшие. Он прекрасно знал пределы Короля Богов, знал его возможности – и каким-то образом всё равно попался на удочку. Если бы не внезапная, пусть и временная, симпатия Санбики к тави, они бы не смогли выбраться. Лишённый возможности ходить, валакх мог бы уползти самостоятельно, но бросать друга готов не был ни при каких обстоятельствах.
Это было слишком мелко для мести за поруганную честь и невыполненные обещания. Выглядело скорее, как попытка ослабить и заставить принять свои условия, но не расплата.
Скользнув ладонями вверх по лицу, валакх убрал со лба и взъерошил чёлку. В голове не было ни единого предположения о том, что мог сделать Василиск теперь, когда стало ясно, что вся затея с возвращением Первородных в правление была лишь способом вытащить из них признание старшего брата в качестве Владыки.
Выспаться Самаэлю было не суждено: не найдя никаких зацепок, способных привести его к ответу на важный вопрос, Айорг повернулся и обеими руками тряхнул тави за плечо. На этот раз тыльная сторона загорелой ладони ударила его точно по носу.
– Чтоб тебя!– валакх завалился на подушку, хватаясь за пострадавшее лицо.– Зачем бить-то?!
– Потому что слова ты, очевидно, не понимаешь,– приподнявшись на локте, Самаэль посмотрел на него через плечо.– Чего тебе спокойно не лежится?
– Да потому что!
Отняв руки от лица, Айорг перебрался ближе и навис над тави, упёршись руками ему в бок. То, как Самаэль от лишнего веса покривился, он успешно проигнорировал.
– Вот ты же военный.
– Последние несколько сотен лет, но спасибо, что заметил.
– Гринд, я серьёзно!
– Я тоже,– Самаэль дёрнул уголком рта.– Что дальше?
– Взгляни своим тактическим глазом на всё произошедшее,– валакх наклонился, почти укладываясь на него.– Для мести за то, что я их зря обнадёжил, это не подходит. Значит, он попытается навредить как-то иначе. Как?
Тави удержался от желания спросить, какой именно из двух имевшихся глаз у него считался тактическим. Немного подумал и состроил самое непонятливое выражение лица из имевшихся в арсенале: если в военном деле он смыслил, то в случае с Первородными признавал свою полную неспособность понять, что происходит в святых головах. В данном случае под эту категорию в большинстве их ситуаций попадал и нынешний Владыка.