– Действительно,– прищурился недавний хозяин метлы.– То, что Вы выглядите, как Его Высокопревосходительство, ещё ничего не доказывает. Если следовать Вашей логике.
– Ладно,– немного подумав, согласился Айорг, между тем не опуская кинжал.– Допустим, это логично.
Посмотрев на первого тави, он недоверчиво прищурился:
– Скажи то, что можешь знать только ты.
– Ты идиот?– покривился Самаэль.– Думаешь, они такие дураки и не почуяли бы запах огненного? От них же серой за лигу несёт.
– Говори давай!
Самаэль вздохнул, устало покачав головой.
– В молодости, ещё до армии, я сказал Джанмарии, что брак – это лишний рот в доме, и такими темпами я женат на тебе.
Позади раздались сдавленные смешки, но солдатам хватило одного раздражённого взгляда Владыки, чтобы затихнуть.
Тот разговор имел место быть и точно не выходил за пределы поместья семьи Гринд. Так уж вышло, что во время спора тогдашнего главы с сыном валакх привычно ошивался в стенах их дома и радовал Сибиллу Гринд своей готовностью съесть все, что та ни предложит. Оттуда и пошли слова про «лишний рот».
– Ваша очередь, Ваше Высокопревосходительство.
– Я не могу долго находиться в Пантеоне, потому что мне отказывают ноги,– глухо фыркнул Айорг, убирая кинжал в ножны. Обернувшись на ждавших хоть какого-то вердикта солдат, он помахал на них рукой.– Идите, занимайтесь делами.
– И рот на замке,– с улыбочкой посоветовал им Самаэль.– Услышу в крепости разговоры – знаю, с кого спрашивать.
Дождавшись, когда шаги на лестнице стихли, валакх подошёл к первому тави поближе и с сомнением осмотрел его видавшее лучшие дни облачение.
На синей ткани верхнего кафтана с ложными рукавами даже в тусклом освещении подземелья не составляло труда увидеть засохшую грязь; на золотой кайме рукавов малахитового камзола невооружённым глазом были заметны зеленоватые разводы крови вахши. Кажется, он не лукавил, когда говорил Сонрэ, что вполне может позволять себе наглость пачкать генеральскую одежду.
– Ты что, специально в грязи валялся?
– Сидел,– спокойно, как будто это было делом обыденным, поправил Самаэль.– Чего тебя сюда принесло?
– Пантеон. Они отправляли человека к Офре, но это был не вахши. У них вообще вахши в послушниках нет.
– Да и у нас в руках не он был,– нахмурился первый тави, скрестив руки на груди.
Вздохнув, он рассказал про то, как среди войска противника обнаружил одного, умудрявшегося выбиваться из толпы разноцветных вахши наличием рогов; про упоминание Каджара о том, что тот видел такую же особенность у присланного ифритами потенциального убийцы. Завершил рассказ на поистине высокой ноте с топором, разрубанием голов ифритов, затесавшихся в ряды выходцев из горных местностей, и абсолютным неуважением к мертвецам.
– Нашёл первого попавшегося, кто смог создать переход, и кинулся сюда. Но, как видишь,– тави повёл рукой,– прибежал я на пустое место.
– Почему мы не почувствовали ифрита?– Айорг легонько пнул выбившийся из общей кладки стен маленький осколок камушка и упёрся ладонями в пояс.– Они же серой пахнут.
– Может, это только с высшими чинами работает? Или прятать научились? Не первый же год с этим живут.
– Тоже возможно. В любом случае сути это не меняет: к Иблису сейчас может бежать мальчишка, видевший и твою крепость, и внутренние помещения дворца.
Подняв голову, валакх раздражённо цыкнул:
– Они теперь точно могут в любой момент на пороге оказаться, а почти вся армия по двум фронтам растянулась.
Дворец был буквально яблоком на золотой тарелке, которое Князю оставалось просто взять своей нечеловеческой когтистой рукой. Будь Айорг на его месте, сделал бы это сразу, но Иблис почему-то медлил, напоминая своим поведением кота, который позволяет мыши немного побарахтаться и поверить в возможность побега.
– Останься во дворце,– валакх посмотрел на Самаэля.– Переправим к тебе часть твоих людей, будете охранять нас.
– Можно,– неуверенно произнёс тави, прищурив один глаз.– Вахши, хоть с парочкой ифритов, хоть без них – задача не сложная… Каджар без меня справится. Но нужно закрывать не только дворец – всю столицу. И я говорю не про физическую защиту.
– С этим проблем не будет,– Айорг с лёгкой усмешкой пожал плечами.– Пантеон очень хочет отмыться от славы убийц династии.
6.
Устало вздохнув, Василиск согнулся и упёрся руками в колени. Прихожане любили рассказывать друг другу истории о том, как мнимые ими святыми Первородные рвут и переплетают заново нити мироздания, не испытывая никаких трудностей с этим делом, но порой их хотелось поправить – в таком ключе речь могла идти только о заморских мастерах. Сам он, хоть и мог похвастаться определёнными умениями, старался без острой необходимости их не применять: после этого можно было целый день провести пластом, объедаясь всем, что приготовят, лишь бы восстановить потраченные силы.