– Когда Вы-… Неважно. Тайный сыск – такие же слуги династии, как и все мы здесь. То, что они на пару ступеней лестницы иерархии выше посудомойки, не значит, что их можно оставить без внимания.
– Если в своё время его одобрил Владыка Мортем, значит, на то были основания,– Айорг поддел одну из карт на столе пальцем и посмотрел её значение.– Не хотите же вы мне сказать, что сомневаетесь в том, что делал прежний солнце и луна нашей прекрасной империи?
Главы ведомств смолкли на пару мгновений, измышляя, как бы ответить. Будь Мортем на парочку поколений дальше от них, эти слова не возымели бы такого эффекта, но многие старожилы до сих пор то и дело оборачивались на прошлое и времена его правления, а потом ещё и имели наглость распускать слухи, будто дух Жестокого до сих пор бродит по коридорам. Он создал себе репутацию настолько крепкую, что та довлела над людскими умами и после его смерти.
Иронично, как дружно все при этом забывали, что по молодости отец Фикяра и Офры прожил сотню лет в Геенне, восхищался их укладом жизни и подходом к войнам, а, будучи Владыкой, довёл Иблиса до нервного тика пятилетним настойчивым сватовством к единственной женщине среди четырёх королей.
– Тогда времена были другими,– сударь Тамаш не зря получил свою должность: дед научил его говорить так, чтобы никто не ушёл обиженным.– В нынешних условиях присутствие ифрита во дворце, к тому же – сына самого Князя, является не лучшим добавлением к нашим жизням.
– Вот именно!– ухватился за возможность Масра.– Его нужно вытурить отсюда, и, чем скорее, тем лучше!
– Куда?!– истерично взвизгнул Раджар.– Скажете, к отцу?! Он едва ли помнит, кто я такой! Мало того, я полукровка – им от меня толку, как собаке от пятой ноги! Скажите спасибо, если не убьют, приняв за имперца!
– И пусть!– огрызнулся на него Джевиш.– Одним огненным ублюдком будет меньше.
– К тому же, как вообще можно не помнить своего ребёнка?– насмешливо фыркнул глава налогового ведомства, поводя рукой.
– Можно, если их больше сотни,– подперев щёку ладонью, коротко усмехнулся Айорг.– У Князя полно наследников, которых он не видел ни разу в жизни.
Опустив взгляд, он некоторое время молчал. Отчаяние Раджара ощущалось даже на том довольно большом расстоянии, которое их разделяло, но оставить его при дворе теперь не представлялось возможным. И без того было достаточно обвинений в «странной» дружбе с ифритами, которых валакх наслушался сполна и не хотел слышать ещё больше.
Идти капитану тайного сыска было некуда, в этом он не лгал. Что, в угоду собственным обстоятельствам, утаивал, так это отношения с родителем.
Иблис не был образчиком отца для всех своих детей, но этого мальчишку он признавал – и именно его искал Азарет, всеми силами намекавший Айоргу на необходимость кому-то новому занять престол Геенны.
– Если бы это было мирное время,– наконец, пришёл к конечному выводу валакх,– никто бы и не стал возмущаться. Однако, мы на войне, и вражеская армия подчиняется Вашему, капитан, отцу. Оставить Вас здесь, с Вашей должностью – это все равно, что сесть на бочку пороха и зажечь огонь в надежде, что не взорвёшься.
Раджар, ждавший совершенно иного исхода, резко осунулся, но потом с глухим рыком поднялся с места и направился к дверям. За ним, в очередной раз не привлекая к себе особого внимания, шмыгнул Самаэль.
– Так будет лучше,– с самодовольным видом заметил Масра, когда за этими двумя закрылась дверь.– Для всех нас.
– Конечно,– Айорг одарил его ласковой улыбкой и сам поднялся с места.– Спасибо, что хоть что-то вы не рискнули решать без меня.
6.
– Пусти!– Раджар ощерился, напоминая побитого, но готового напоследок выцарапать глаза охотнику, зверька.– Если хотел помогать, надо было там это делать!
– Чтобы потом мы втроём из дворца вылетели, как стрела?– Самаэль и не подумал его отпустить, стиснув предплечье ифрита с такой силой, что впору было услышать хруст костей.– Ты сам себя закопал, ублюдыш, и тащиться с тобой в эту яму мы не подписывались. Твой папаша тебя за отсутствие ума выслал, признайся?
– Да как ты-
– Ты, а не я или Владыка, во всеуслышание заявил, что мог бы «давно отдать батюшке ключи от города»,– дёрнув молодого человека к себе, первый тави постучал костяшками пальцев ему по виску.– Нужно быть круглым идиотом, чтобы не понять, какой конкретно ифрит сейчас рубит наши войска в мясо при Болотистой Пади, чтобы зайти в гребаную столицу и дворец заодно!
Прежде действовавший исключительно на эмоциях, Раджар замер, только теперь осознавая, что виноват оказался в конечном итоге сам. Ощущение эфемерного подзатыльника когтистой чёрной ладонью стало реальным, как никогда прежде.