– Иди в кабинет. Минут через десять освобожусь, и поговорим.
Теперь было не отвертеться: её посиделки наедине с собой расценили, как попытку сбежать от очередной ссоры со старшей сестрой.
Ни для кого не было секретом, что больше, чем на отца, Мадлена огрызалась только на неё. Не цеплялась она только к брату, и что-то подсказывало Сейрен, что причина этому была в крутом нраве последнего; то, что он умел прекрасно улыбаться и изображать доброжелательность, не отменяло того, что Гленн был наёмником, и славу среди заказчиков заслужил не улыбочкой, а своей жестокостью. Впрочем, с самой младшей из них троих всегда был мягок по-настоящему. Заботу о Мадлене тоже выказывал, но косвенно, когда укорял отца за то, что одну из дочерей тот слишком сильно баловал.
В кабинете был только Ноктис, в кои-то веки перемещавшийся на своих человеческих двоих, и при виде Сейрен он тут же состроил понимающее выражение лица. Тоже подумал, что сестры в очередной раз поругались, но вдаваться в подробности не стал, просто разлёгшись в кресле и вернувшись к чтению какой-то книги.
Присев на свободное место, девушка присмотрелась и различила название, выведенное по тёмной коже серебряной краской.
– Сказки?
– В них порой больше смысла, чем во многих нынешних книжках,– не отвлекаясь от чтения, хмыкнул перевёртыш.– Почитай как-нибудь.
– Мне мама читала.
– Тогда тебе было главное, чтобы магия в истории сработала, а принц спас принцессу. И что-то мне подсказывает, что матушка не читала тебе про Серебряного Лиса, крестьянина с вороном и хитрую мавку.
Нахмурившись, Сейрен попыталась припомнить что-то из подобного, но в памяти правда были сказки о доблестных рыцарях и дамах в беде. Никаких лис, воронов и тем более мавок, хотя о последних она немного знала из жизни. Это могли быть лишь слухи, но мавки, говаривали, водились среди местного населения и всегда прятали четырёхпалые ладони и изогнутые, как у высоких птиц, ноги, а ещё умели гадать лучше любого провидца-самоучки.
– А что там про Лиса?
– Он был наёмником,– с улыбкой многозначительно потряс пальцем Ноктис.– Совсем, как ваш с Мадленой братец. И смог обвести вокруг пальца самого Отступника.
– Самого-… В смысле, батюшку? Про него есть сказки??
– Больше, чем ты думаешь.
Только перевёртыш закончил говорить, как двери открылись.
На ходу благодаря солдат снаружи за службу, что было сделано скорее машинально, чем из искренних побуждений, Владыка зашёл в кабинет. Ни на кого из двух своих невольных компаньонов внимания он не обратил, на ходу со злости пнув подвернувшийся под ногу пуфик, и только коротко вскрикнувшая от испуга Сейрен смогла привлечь внимание.
– Простите,– сквозь зубы пробормотал валакх, проходя за отлетевшим в сторону предметом мебели.– День тяжёлый.
– Эммерих ещё не приехал?– Ноктис заложил книгу пальцем на нужной странице.
– Нет. Думаю, он будет не раньше рассвета.
– Зачем?– не сдержала собственный интерес Сейрен.– Тётушка сказала, здесь уже был один из тави, сударь Гринд.
– Он уехал,– ответил Айорг, сев на пуфик между креслами, как на единственное свободное место в стороне от рабочего стола.– Умения тави Гринда больше пригодятся на передовой, чем здесь.
Начав развязывать узел на поясе, он замер и поднял взгляд на дочь.
– Подожди, Санбика? Она с тобой про него говорила?
– И с Мадленой тоже. Хотела узнать про него побольше.
Валакх переглянулся с Ноктисом, который в ответ только молча вернулся к чтению. Оценив книгу и тихонько хмыкнув, Айорг вернулся к прерванному занятию.
– Тем лучше, что он уехал. Теперь рассказывай, что у тебя случилось, золотко.
Зажав ладони между ног, Сейрен неловко улыбнулась, но на скорую руку ничего придумать не смогла. Соврать о ссоре с сестрой как вариант не рассматривалось – отец бы сначала успокоил её, а потом спустил собаку на Мадлену. Памятуя о том, какой удар на себя принял несчастный пуфик, теперь им занимаемый, можно было догадаться, что ругань будет слышна на весь дворец.
– Иногда проще сказать правду,– словно невзначай заметил Ноктис.
Девушка взглянула в его сторону, между делом слегка отклонившись вперёд, чтобы отец закинул на спинку её кресла свой верхний кафтан. В детстве Сейрен всегда нравилось изучать узоры на подоле и рукавах его одежд, но в этот раз было не до того, пускай и плывшие по ультрамариновой ткани медово-золотистые вуалехвосты вызывали неподдельный восторг.
– Да ничего особенного,– она со вздохом развела руками.– Мадлена хотела узнать, правда ли, что сударь Раджар больше не с нами.
– Только Мадлена?– Айорг хитро прищурился, между делом доставая из-за пазухи трубку и мешочек с табаком.