– Это наше,– великодушно пояснил Иблис, явно забавлявшийся его реакцией.– Его выдерживают не меньше пяти лет.
Поставив кубок на стол, тави искоса посмотрел на то, как его вновь наполнил слуга. Казалось, что они при огненных стали ещё более вымуштрованными, чем прежде, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что рядом с ним крутился молоденький ифритёнок. Паренька выдавали мелкие, не сразу видные в прядях волос рожки и сероватый цвет кожи.
Аристократы в империи были существами изнеженными, и при дворе в ходу было вино с годовой выдержкой. Любителей трехлетнего напитка считали ценителями крепк напитков, а тех, кто подобно Айоргу отдавал предпочтение «Драконьей крови» – небывалыми смельчаками. Для них она была сравни чистому вину высшей крепости, хотя и с вином её в один ряд ставили только совсем не понимавшие в выпивке.
Решив умерить возлияния, тави осмотрелся в зале. Он все ещё не чувствовал нужного присутствия и в глубине души питал надежду, что хотя бы зрение позволит убедиться в наличии хоть какой-то цели на вечер, но Владыки среди гостей не было. Да и с чего бы ему было здесь находиться: он жил в этом дворце не по своей воле и былой почёт остался лишь воспоминанием годичной давности.
– Поешьте, тави,– оказавшаяся по левую от него руку Гаап с улыбкой подала блюдо, на котором находилось общее варево из белесых шариков, мяса с зеленью, щедро залитое пряно пахнувшим соусом.– Весь вечер для госпожи Лилит и Вас, повара старались.
Неловко улыбнувшись в ответ, Самаэль позволил положить немного еды себе в тарелку, но в горло кусок не лез. В конечном итоге своё решение повременить с вином он закинул в дальний ящик, но в этот раз отпил лишь половину.
Белые маленькие сферы в еде напомнили о рыбоглазках, которых видел в Пантеоне, и желание поесть отпало совсем, хотя запах был приятным. У тела с разумом, впрочем, были разные желания – думать он мог, что угодно, но единственной едой была пара хлебных лепёшек на завтрак.
– Я… Послушайте…– нахмурившись, он на пару мгновений прикрыл лицо ладонью, после тут же поводя ею в сторону.– Я признателен, спасибо за приглашение… и попытки угодить… Не хочу обижать, но-
– Мне казалось, три ваших гонца, высланные назад, были достаточным намёком на моё нежелание попусту трепать языком,– спокойно улыбнулся Иблис, покачивая ногой.– Генерал, мне много лет, и за всю жизнь я достаточно наговорился со всеми.
– Тогда зачем позвали?– положив руки на стол, Самаэль чуть нагнулся вперёд.– Чтобы больше не тратить силы на мои поиски?
– Тебя искал он, звёздочка,– Лилит, выглянув из-за мужа, указала в ту сторону стола, где ранее он видел Сейрен с Раджаром.– Мальчишка туповат – не понимает, что надо и не надо делать.
Не взглянув в нужном направлении, тави тем не менее готов был поклясться, что услышал грубую эрейскую ругань. За этот год разведчики не раз доносили, что сын Князя неплохо управляется с государством в отсутствие отца, но отношение к нему самих ифритов выглядело, как если бы его держали рядом просто ради развлечения. Как побитого зверька, который ещё может представлять пользу, но чаще вызывает всё-таки или смех, или отвращение.
– Я пригласил тебя, потому что мне приятно твоё общество,– с лёгкой усмешкой произнёс Иблис, многозначительно подняв указательный палец.– Потому что хотел узнать, нравится ли тебе обновлённый дворец. И потому что хочу с тобой сыграть, конечно.
Решивший в этот момент отпить вина, Самаэль на последней фразе невольно подавился. Откашлявшись, он поставил кубок на стол и внимательно присмотрелся к Князю в попытках выискать у того на лице первые признаки сумасшествия. Не было, ни одного.
– Простите?
– Хочу сыграть.– беззаботным тоном повторил Иблис, наклоняясь в его сторону.– В ратт.
Хохотнув, он повёл плечом:
– Ну, для начала научиться, правда. Знаешь ли, в этой игре я полный ноль.
Когда последний раз он чувствовал себя круглым идиотом, Самаэль не помнил, но точно знал, что отныне будет считать самым фееричным случаем именно этот.
Раньше ему казалось, что ифриты просто не умеют говорить правду и лгут постоянно, виляя в поисках выгоды для себя любимых. Теперь стало ясно, что они любили ещё и рушить все ожидания – противник измышлял сложные схемы в попытках понять их цели и чаяния, а огненные при встрече на сто его предположений выдавали сто первое, самое дикое и неожиданное из возможных.
– Что ты так смотришь?– Иблис подпёр щёку ладонью.– Ты ведь имперец, военный. Должен быть профессионалом в этой игре.
– Да… Но в неё любой солдат играть умеет. Почему не попросить своего сына?