Убрав руки от головы, Эммерих настороженно посмотрел на валакха, но тот обратил на него мало внимания, с недовольным видом пытаясь избавиться от теперь мешавшего жизни куска в зубах. Генерал, замерев взглядом на заметном разрезе рта, гораздо более широком, чем в нормальное время, на мгновение побледнел.
– Итак,– поспешил отвлечь его внимание на себя Самаэль,– предлагаю начать это жалкое подобие военного совета.
– Начинайте,– тихонько хмыкнул Айорг, слегка морщась из-за невозможности разобраться с последствиями собственного обеда.– Ты сказал, когда «все соберутся», попробуете пойти на Тэнебре. Конкретизируй, будь ласка.
– Мы, Каджар с войсками из Ковруса, Пантеон,– на последнем первый тави неопределённо дёрнул бровью,– ребятки из Верхнего Аларана и, может быть, Сонрэ.
Валакх от неожиданности резко сжал зубы и перекусил веточку пополам. Его удивление разделял и Эммерих, никак не ожидавший услышать о тави, который первым год назад махнул на всю затею рукой и ушёл в свои владения.
– Сонрэ?– недоверчиво сощурился он.– Ты сейчас не шутишь?
– Я больше поверю, что Василиск согласился тебе помочь,– согласно кивнул Айорг, с сожалением откидывая веточку в траву.
– Тем не менее,– Самаэль развёл руками.– Гонца я к нему отправлял, и Сонрэ ответил, что не прочь будет присоединиться.
– И ты ему веришь.
– Я скорее поверю Василиску. Но чем чёрт не шутит.
– У этого чудовища крайне отвратное чувство юмора,– хмуро заметил валакх, скрестив руки на груди.
Эммерих осмотрел его, вспоминая произошедшее утром, и осознал, что совершенно не разобрался, как теперь относиться к правителю. Сказанное Самаэлем могло быть выдано на эмоциях, но раскидываться подобными вещами было чревато. В этом была вся Эрейя – любой мог развлекаться, с кем угодно, пока это не становилось достоянием общественности, и одним делом были слухи, а совсем иным прямые утверждения.
Владыку и без того бесконечно обвиняли во всех возможных вещах. Будь сейчас рядом Сонрэ, фыркал бы больше обычного за то, что валакх сидел с распущенными волосами, частично лежавшими на деревянном настиле крыльца и загибавшихся лёгкими полукружьями.
На мгновение тави почудилось, что одна из прядей, кончиком оказавшаяся к нему слишком близко, двинулась и переместилась в сторону, как живая.
– В любом случае, не столь важно, будет ли присутствовать Сонрэ и его люди,– привлёк к себе внимание Самаэль, постучав трубкой о край ступеньки, чтобы выбить остатки потухшего табака.– Я больше надежд возлагаю на Ноктиса.
– А с ним что?– Айорг посмотрел на первого тави.
– За ним Чертоги. Двенадцать Клинков и все, кого сможет найти.
Валакх окинул его взглядом, которым стоило удостаивать сумасшедших.
– Клинки? Почему ты не вспомнил о них, когда вы сидели в крепости?
– Наверное, потому что там были только мы,– Самаэль вернул ему взгляд с процентами.
– Ты дурак, Гринд?– Айорг склонил голову к плечу.– Их Клинками не за руки назвали. Они на стене в хранилище висят.
Краем глаза заметив движение справа, Эммерих своевременно отодвинулся, но ему в любом случае не грозило пострадать. В момент, когда на крыльцо упали со звоном четыре меча в ножнах, тави окончательно уверился в мысли, что волосы Владыки обладали каким-то собственным жизненным стимулом: хотя их должно было придавить, чёрные пряди, будто настоящие змейки, в последний момент скользнули в сторону.
Вместе с Самаэлем обернувшись, Айорг тут же неприязненно скривился, в ответ на что стоявший позади Король Богов только мягко улыбнулся.
– Прибирался бы хоть за собой,– вместо приветствия произнёс он.
– Не шарился бы по моим владениям,– огрызнулся в ответ валакх, придвигая к себе мечи.
– Я подумал, что новому Владыке будет полезна помощь.
Первый тави, едва слышно выругавшись, принялся заново набивать трубку табаком.
5.
Хмурым взглядом окинув Короля Богов, Эммерих заставил себя поумерить ненужное сейчас недовольство. Фыркать на Пантеон, сколько угодно, можно было в мирное время, но сейчас они все оказались в одной лодке, и некоторых пассажиров стоило потерпеть.
– Простите,– всё-таки осторожно произнёс он,– но давайте впредь не будем нарушать правила.
– Это какие же?– Василиск с мягкой улыбкой посмотрел в его сторону.
– До того момента, пока Владыка не подпишет последний указ, определяющий преемника, и отказ от трона, не надо заикаться о «новых». Это неуважение к правителю.
– Поддерживаю. Да и извинились бы за «тыканье»,– глухо сказал Самаэль, после вернувшись к ругани на кремень, не желавший поделиться искрой.