– Прости,– сумел выдавить из себя Самаэль.– Не понимал… что творю.
– Молчи, дурак! Молчи, ну?!– она хотела было его ударить, но в последний момент вспомнила об их положении.
Обняв брата за шею, она с всхлипом прижалась щекой к его волосам.
– Ты ведь не умрёшь? Не оставишь меня одну?– её голос дрожал, под конец сорвавшись в сипящий шёпот.– Скажи, что не оставишь.
– Нет. Просто… отдохну.
Последним, что он услышал перед тем, как позволил темноте поглотить себя, был отчаянный крик сестры о помощи.
5.
Ощутимо ударившись спиной о стену дома, Айорг с искренним разочарованием услышал звон отлетевшего в сторону посоха. Сожалеть о нём времени не было: оружие нужно было возвращать, но Гласеа, просчитавший это желание, ударил с нужной стороны. Вынужденный уклоняться, валакх вильнул в противоположном направлении, отдаляя себя от единственной защиты, кроме когтей и клыков, какая имелась в арсенале.
То, чего он опасался в самом начале, стало реальностью – иного выхода, кроме обороны, не оставалось. Бегать кругами его не прельщало, однако, после того, как один из когтей, не выдержав удара лезвия, переломился пополам, эта тактика перестала казаться такой уж несовершенной. Об убийстве высшего можно было не мечтать, но достаточно было вывести его из строя на время, достаточное для бегства.
Швырнув перед собой рамку перехода и тем самым спасшись от очередной атаки, валакх в следующую секунду получил удар под рёбра с левой стороны. Наивным было думать, что с младенчества умевшие обращаться с сарпидой существа попадутся на эту уловку, но Гласеа подобрался достаточно близко, чтобы не успеть увернуться от рубящего удара четырьмя костяными наростами когтей. Хотя бил скорее на удачу, чем с чётким просчётом действия, Айорг сумел попасть ему по глазам.
Отшатнувшись назад и рыча ругательства, ифрит схватился за лицо одной рукой. Это была та самая нужная фора, длившаяся считанные секунды прежде, чем сквозь месиво из крови и плоти на него бы уставились целые, горящие безумием и прекрасно всё видящие сапфировые глаза. Не медля ни мгновения, валакх одним резким движением рванулся вперёд, преодолевая делившее их расстояние. Схватив огненного за волосы, он с силой дёрнул назад, заставляя запрокинуть голову.
Четыре ряда острых челюстей сомкнулись у Гласеа на горле, разрывая кожу, мышцы и грозясь вот-вот переломить кости, но даже из такого положения можно было извлечь пользу.
Задохнувшись из-за двух ударов – в грудину и левый бок, валакх отпрянул назад. Они с Гласеа одновременно закашлялись, хватаясь каждый за своё ранение. Высший или нет, но даже ифрит не мог спокойно пойти дальше после того, как ему чуть не откусили голову.
Держась за обильно кровоточившее горло, он молча уставился на брезгливо отплюнувшего ошмёток чужой плоти правителя. Хотел было что-то сказать, но только подавился собственной кровью.
Сражение это не заканчивало, но на удачу Айорга – или их обоих – одиночество схватки было нарушено. Первым на стук копыт по мостовой отреагировал Гласеа, вознамерившийся убить хотя бы всадника, но тот легко отбил его удар саблей.
Замерев, валакх уставился на Гленна, на ходу подхватившего ифритского губернатора за шкирку и перекинувшего через седло, будто мешок с картошкой.
– Я не закончил!– все же сумел выхаркнуть из себя вперемешку с кровью Гласеа.
– Ошибаешься,– огрызнулся на него наёмник, после мельком глянув на валакха.– Вас спасли Сонрэ и его армия. В следующий раз так не повезёт.
Прежде, чем Айорг успел ответить, молодой человек с места пустил лошадь в галоп и скрылся вместе со своей недовольной ношей в сумраке вечерних улиц.
Злиться или возмущаться не нашлось ни сил, ни желания, поэтому, вернувшись за посохом, валакх упёрся им в землю и осмотрел себя.
Рана в груди, на боку, что-то с ногами и не слушавшаяся левая рука – от путешествия к праотцам его спасала только недавняя охота. «С другой стороны,– хмыкнул внутренний голос,– Мадлена жива, да и бойня прекратилась благодаря подкреплению». Признавать необходимость сказать Сонрэ «спасибо» не хотелось, но, поразмыслив, он решил оставить это на совести того, в ком народ нынче с большим энтузиазмом видел своего лидера.
Основной задачей опального Владыки было добраться до центральной площади и оценить ущерб, а потом перебраться в дом и рухнуть там на первую попавшуюся горизонтальную поверхность.
Выходить на площадь он не стал – лишь окинул взглядом со стороны, убедившись в отсутствии дальнейшей угрозы населению. Оставшиеся ифриты или гибли под мечами прибывшего подкрепления, или поспешно бежали. Гленна среди них он не заметил, только теперь начав ощущать тошнотворный привкус: не совсем предательство, но и приятного было мало.