С другой стороны, что-то в нём изменилось. Всё время до этого утверждавший, что с Иблисом при большом желании можно договориться, в этот раз он выбрал путь оружия.
Коротко вздрогнув, когда мимо пробежала с кучей тряпок служанка, валакх вернулся из своих мыслей к действительности.
В покои он зашёл тихо, стараясь не напугать Алану, сидевшую у постели брата, но та всё равно обернулась.
– Он же очнётся? Да?
– Это ведь Гринд,– коротко улыбнулся Айорг.– Вы всегда из всего выбираетесь. Думаю, этот раз не станет исключением.
Он подошёл к женщине, легко огладив её по здоровому плечу:
– Иди к себе. Выспись, отдохни.
– Я останусь,– Алана покачала головой.– Кто-то должен следить, и-
– И это буду я. Ты ранена.
– Ты тоже.
– Да, но из нас двоих быстрее заживает на мне. Если будет совсем невмоготу, погрызу его руку.
Вскинувшись, Алана уставилась на него взглядом, в котором смешались ужас с недовольством, но они быстро исчезли, когда валакх только со смехом легонько щёлкнул её по носу. После этого, смирившись с необходимостью позаботиться о себе, женщина ещё раз глянула на брата и все же ушла.
Айорг проводил её взглядом, только после звука закрывшейся двери сев в кресло, подвинутое к постели. Видеть первого тави спящим было настолько же непривычно, как и раненным. Зрелище было настолько редким, что казалось невозможным, и потому поначалу хотелось ущипнуть себя, чтобы вырваться из чьего-то морока в реальность. Боль в ранах, достаточно отрезвлявшая даже для самой умелой иллюзии, дала понять, что все было взаправду.
Забравшись в кресло с ногами, валакх слегка поморщился от неприятных ощущений. Привалился боком к мягкой, обитой бархатом спинке, и сам не заметил, как нахмурился. Отвратительное слово «если» так и просилось в мысли, но раз за разом он в последний момент умудрялся его отгонять.
После произошедшего сегодня никакого «если» у них не оставалось.
Глава 25. Отречение.
1.
Закинув ноги на подлокотник кресла, Санбика тут же пожалела о выборе такого положения: солнечные лучи, бившие напрямую в окно, попадали на неё и неприятно слепили глаза. Это лёгкое мучение того стоило, раз уж давало возможность побыть наедине со своим интересом.
Расстраивал только кот, примостившийся чётко у хозяина под боком, но не спавший. Он успешно делал вид, что заснул, но, стоило лишь двинуться, поворачивал одно ухо в сторону женщины. Следил, чтобы чужая не подобралась ближе нужного.
Хотя животных она искренне любила, этот серый комок шерсти раздражал примерно на том же уровне, что и старший брат, лишь недавно ушедший из покоев, и младшая сестра тави. Все трое уже на протяжении двух дней периодически сменяли друг друга на посту, и Санбика еле урвала свой шанс, когда Айорг вынужден был уйти на совет. Хотелось верить, что Алана тоже будет где-то там: валакх рассказал ей об интересе одной Первородной, и после этого младшая из Гриндов следила за перемещениями Санбики, как коршун за добычей.
Когда удалось задать ей вопрос, чем не угодила, Алана ответила лаконично: «Я из династии военных, дорогая – догадайся сама». Как будто принадлежность к той или иной прослойке общества определяла, какой на самом деле она будет в жизни.
Гневно фыркнув собственным мыслям, Первородная привлекла внимание кота. Зверь поднял голову от лап, уставившись на неё карамельного цвета глазами, зрачки в которых из-за обилия света в помещении вытянулись в тонкую ниточку. В присутствии этого надзирателя Санбика могла успокаивать себя лишь тем, что схожим образом он реагировал на всех окружающих, очевидно считая их недостойными общества своего хозяина.
В этот раз кот быстро утратил к ней интерес. Заложил уши назад, ловя какие-то звуки, а после резко развернулся и наскочил передними лапами на грудь первого тави.
Лекарям стоило завидовать – они смогли только позаботиться о ранах, да оставить всё на волю времени, а зверёк одним лишь действием заставил мужчину глубоко вдохнуть и открыть глаза.