– Два дня я сидел у твоей полудохлой туши,– вяло рыкнул в его сторону валакх.– Не до остальных было.
– Да ну? А твоя младшая сестрёнка убеждала меня, что это она ни на шаг от моей «полудохлой туши» не отходила.
Помолчав, он дал возможность Айоргу прочувствовать всю неприязнь к сестре, всё-таки наведавшейся к симпатичному ей генералу, после чего, с раздражающе спокойной улыбкой продолжил.
– Хочешь, расскажу, как он узнал? Когда я отправлял к нему гонца, твой питомец всеми правдами и неправдами попытался «незаметно» за ним проследовать,– протянув руку, он несильно ткнул друга в плечо.– Ты ещё год назад решил, что тебе больше не нравится эта затея с владычеством. И твоя пташка сделала всё возможное, чтобы все, кто имеет в государстве хоть какой-то вес, вдруг волшебным образом узнали про изначальную версию посмертного указа.
Взяв книгу, уже достаточно настрадавшуюся, тави замахнулся, но ударил ею по столу.
– Вот только меня забыли спросить!
Айорг, попавшийся на обман и закрывшийся на всякий случай руками, уставился на направившегося на выход друга, но в последний момент сообразил и кинулся наперерез. Догнав Самаэля у дверей, он проскользнул в остававшееся между ним и побегом пространство, прижавшись к деревянным створам лопатками.
– Может быть! Я не отрицаю,– мужчина упёрся ладонями первому тави в грудь.– Но мне не «надоело». Ты ведь не хуже меня понимаешь, что после произошедшего народ на меня, как на правителя, даже не посмотрит! Я ему ноги чуть ли не целовал!
– Барай Скромный тоже перед сыном на коленях ползал – не помер.
– Нашёл, кого приводить в пример! После этого он отдал ему всё и Венец в том числе! А через месяц его придворные прибили!
Пару мгновений Самаэль просто на него смотрел. Наконец, отреагировав хоть как-то, он опустил взгляд на ладони на своей груди, и Айорг, тихонько выругавшись, убрал руки.
В следующий момент об этом своём решении он пожалел, потому что тави, почувствовав свободу, вознамерился убрать живое препятствие на пути к отступлению, и теперь пришлось вцепиться в его предплечье, удерживая на месте.
– Ты не уйдёшь, пока не объяснишь мне, почему отказываешься!
– Да потому что боюсь!– рыкнул Самаэль, посмотрев на вцепившегося в его конечность валакха.– Мне страшно каждый раз, как я веду толпу людей в бой, потому что от моих решений их жизнь зависит, а ты предлагаешь целой страной распоряжаться.
Отпустить Самаэля сейчас значило дать ему возможность сбежать, и валакх только крепче ухватился за чужую руку, позволяя себе нервный смешок.
– И всё? Ты что, думаешь, все вокруг такие смелые?– нахмурившись, он на мгновение посмотрел вниз.– Ну, разве что Мортем никогда не задумывался о подобном. Любой правитель боится, так или иначе. Это ответственность, и отрицать это я не собираюсь.
– А я не собираюсь отрицать, что не имею ни малейшего желания взваливать её на свои плечи.
– Тогда мы останемся здесь вот так, пока ты не изменишь этого мнения.
– Ты ведь понимаешь, что я могу просто махнуть рукой и ты полетишь на стол?
Подумав, Айорг крепче ухватился за его предплечье.
– Я в тебя когтями вцеплюсь.
Самаэль тяжело вздохнул и без предупреждения щёлкнул его свободной рукой по носу. Сдержать желание чихнуть от подобного раздражителя не удалось, а тави, почувствовав свободу, проворно сбежал.
Разговор, толком никуда не приведший, Айоргу осталось заканчивать только с хлопнувшей дверью.
5.
Проходя мимо, первый тави её не заметил, и Санбика впервые немного этому обрадовалась. Она надеялась подловить его и поговорить о произошедшем – покидая совет, остальные не слишком беспокоились о том, чтобы тихо обсуждать дела – но впервые увидела этого мужчину таким.
Встреченный ей в день объявления имени нового Владыки, он казался спокойным, крайне мало заинтересованном в окружающих, существом, которое могло участвовать в дворцовых интригах только, если бездействие напрямую отражалось на его жизни. Наверное, её привлекло именно это. Возможно, именно из-за этого и привлекательной внешности она забыла предупреждение Василиска о том, какими на самом деле были дети звёзд и неба, жившие во Второй Эпохе.
Холодные звери, жившие исключительно расчётом и крайне остро реагировавшие на любое посягательство на своё существование.
Сколько бы брат ни предупреждал, она до сих пор верила, что разговор по душам может помочь любому. Претворить желания в жизнь ей не дала смуглая ладонь, упёршаяся в косяк двери.
– Куда это Вы, Ваше Святейшество?– Алана Гринд колко улыбнулась, чуть наклонив голову к плечу.
– Хотела найти своих,– заставила себя улыбнуться в ответ Санбика.– Не знаете ли, где они?