Жгучее желание уйти, как в детстве, когда Сибилла Гринд затащила его на первый приём, чтобы представить потенциальным невестам, смешалось со злостью и раздражением, но он давно вышел из того возраста, когда бегство было допустимой тактикой. Здесь и сейчас единственным, что можно было сделать, дабы не беспокоить лишний раз народ – заставить себя улыбнуться и поклониться им в ответ.
– Я пытался по доброму,– держа улыбку, тихо произнёс Айорг.– Ты сам виноват, что не захотел.
– Всегда виноваты все, кроме тебя.
Валакх не глядя знал, что увидит, если взглянет на первого тави сейчас – обжигающий холод ненависти в глазах янтарного цвета. Его удерживала только ликовавшая толпа, перед которой теперь ни в коем случае нельзя было позволять себе показывать настоящее лицо. Перед ними должен был быть благородный и справедливый отец нации, а не жестокое дитя звёзд и неба, способное свернуть ненавистной твари шею просто, потому что видело это одним из вариантов разрешения конфликта.
– Какие будут приказы, Ваше Высокопревосходительство?– когда толпа немного успокоилась, спросил Сонрэ.
– Утром все войска должны быть готовы к выступлению на столицу,– безэмоционально отчеканил Самаэль, посмотрев на него.– Проследите, чтобы было достаточно тех, кто будет создавать переходы – мы и так потеряли два дня, чтобы позволить себе идти пешком. Армию поведёте Вы.
– Как прикажете.
Клацнув каблуками, тави согнулся перед ним в поклоне, втайне надеясь, что не он был причиной злости, плескавшейся во взгляде нового правителя.
Глава 26.
Условия
.
1.
– Слушайте, слушайте! Добрый народ империи, время засилья огненных тварей закончилось! Новый Владыка, да будет благословенно его правление, идёт с войском, чтобы спасти вас! Берите оружие, не бойтесь, бейте огненную заразу! Славьте Владыку Самаэля!
Проводив взглядом пролетевшего над домами неподалёку от крепостной стены ворона, вопившего о новом правителе и скором крахе ифритов, Раджар сорвался с насиженного места и кинулся к лестницам. Лишь оказавшись внизу, но ни на секунду не сбавляя скорости, он поднял в мыслях услышанное и едва не замер на середине очередного шага. «Славьте Владыку Самаэля». Это звучало странно, как если бы он оказался в чьей-то неумелой иллюзии, и спокойствие окружающих только усиливало это ощущение.
Без стука ворвавшись в зал советов, молодой человек пробежал до стола с разложенной на нём картой местности и только после этого позволил себе полноценно вздохнуть. Упёршись ладонями в стол, он на пару мгновений зажмурился – пробежать пришлось немало, и от такой внезапной нагрузки голова начала идти кругом – но довольно быстро пришёл в себя.
Как раз вовремя для того, чтобы, выпрямившись, столкнуться со взглядами пяти пар глаз, направленных на него. Иблис, оказавшийся точно напротив, вопросительно изогнул бровь.
– В городе этот ворон!– нашёлся со словами Раджар, взмахнув рукой в сторону двери.– Каркает про нового Владыку и армию, которая сюда идёт!
– Как мило, что спустя два часа его полётов над городом ты это заметил,– ядовито улыбнулся Азарет.– Фантастическая скорость.
– Мы все ещё уверены, что он – Ваш сын?– позволил себе едкий смешок Белет, скрещивая руки на груди.
– Да ладно вам,– внесла свою лепту Гаап,– мальчик просто, кроме жены, ничего не видит. Молодо-зелено.
Высказавшись, они тут же утратили к Раджару всякий интерес, вновь отдавая всё внимание Князю. Тот, и вовсе всё время молчавший, вернулся к обсуждению плана битвы, будто ничего не произошло.
– Почему вы так к этому относитесь?!– молодой человек ударил ладонью по столу.– Вас это вообще не беспокоит?
Гласеа хотел было ответить, но Иблис махнул в его сторону рукой, пресекая желание на корню. Выпрямившись, он с улыбкой посмотрел на Раджара.
– А если бы я в карты играл?
– Что?– Раджар опешил, машинально слегка отшатываясь назад.– К чему это?
– Ну, если бы ты нашёл меня не здесь, а играющим в карты с Белетом, к примеру,– Князь повёл рукой.– Как бы это всё выглядело?
Помолчав, молодой человек отступил на шаг назад. За двести лет вдали от дома он совсем забыл, насколько угрожающим по жизни был Князь, и на протяжении года действительность периодически любила напоминать о подобном упущении.
Дело тут было не в особых способностях или чём-то подобном: это ощущение засело в голове с самой первой встречи, когда они столкнулись в одном из коридоров Тааффеитовой крепости. Росту в нём было немногим больше двух метров, и хотя Раджар давно переступил этап юной угловатости и неказистости, в сравнении с отцом до сих пор чувствовал себя шестнадцатилетним тощим сопляком. В юности после очередного подзатыльника он любил успокаивать себя фантазиями на тему того, что и грозный Князь когда-то был подростком, не понимавшим толком, куда девать руки с ногами, был ниже и уже в плечах. В те времена это помогало – сейчас виделось просто слабым лепетом подсознания в попытке заставить себя сохранять спокойствие.